Грызловское поселение

Память

НЕ СКЛОНИВ ГОЛОВЫ

В память о настоящем человеке, солдате с несгибаемой волей, Иване Пашкове, на его доме в деревне Котово была установлена мемориальная доска.

Вдоль глубоких оврагов, по дну одного из которых протекает река Свишенка», привольно раскинулась деревенька Котово.

В годы Великой Отечественной почти все ее мужчины – кто по мобилизации, кто добровольцем — ушли на фронт. О том, как героически они сражались с врагом, говорит следующий факт. Двое уроженцев деревеньки, однофамильцы Иван и Андрей Дешины, за ратные подвиги были удостоены звания Героя Советского Союза. Котово является малой родиной еще одного прославленного земляка – Ивана Пашкова.

В тяжелый для нашей родины период 1941 года поэт Алексей Сурков, собирая материал для фронтовой газеты «Красноармейская правда», услышал рассказ о подвиге рядового бойца Ивана Пашкова. Так, во фронтовой газете под рубрикой «Герои Отечественной войны» 16 августа 1941 года появился очерк о разведчике.

Что же произошло в тот день 1941 года с молодым бойцом одного из пробивавшихся на восток полков? Надо представить тот, начальный, период войны. Наши войска по всему фронту отступали. Иван Пашков вместе с тремя товарищами был направлен в разведку. В густом лесу напоролись на вражескую засаду. Избитого солдата гитлеровцы привели в штаб, стали допрашивать. Но на каждый вопрос слышали только один ответ: «Не знаю. Не скажу». Никакие побои, ни раны, наносимые штыками, не сломили бойца. Допрос продолжался более двух часов. Немецкий офицер, поняв, что русский солдат не выдаст своих, не станет на путь предательства, приказал расстрелять его.

Три фашиста вывели в лес, дали лопату, заставили рыть его могилу. А дальше, как в балладе: «Сам себе я взбивал земляную постель, и меня торопил приклад. Для неважных стрелков — хорошая цель — безоружный русский солдат». Фашисты прикопали окровавленное тело и ушли. А раненый солдат, очнувшись, выполз из могилы…

«Целовал я сырые комья земли, уползая к ребятам в лес. В десять тридцать враги меня погребли, а в одиннадцать я воскрес». Утром его подобрали бойцы родного 410 артполка. В окровавленном, перемазанном землей солдате не сразу признали однополчанина. Первого, кого увидел, очнувшись, боец, был склонившийся над ним полковой комиссар. Ему и поведал Иван все, что с ним произошло, о позициях врага, которые хорошо запомнил.

А через день, благодаря сведениям бойца, полк вырвался из окружения. В медсанбате военврач насчитает на его теле три огнестрельных и четырнадцать резано-колотых ран. Могучий организм справился с тяжелыми ранами, солдат снова встал в ряды защитников Отечества. «Отлежался после тех похорон и про раны свои забыл, и опять досылал в патронник патрон, и своих мо­гильщиков бил».

Ивану Пашкову посчастливилось одному из немногих в родной деревне остаться живым в той кровопролитной войне. Он проработает в местном совхозе рядовым тружеником более тридцати лет. Будет жить и работать и за себя, и за трех своих братьев, сложивших головы на фронте. Он встретит подругу жизни, простую сельскую девушку. Они воспитают двоих замечательных детей. Сын Сергей, полковник в отставке, живет в подмосковном Краснознаменске. Дочь Раиса два десятка лет прожила на Дальнем востоке, 10 лет проработала на строительстве Байкало-Амурской магистрали, сейчас проживает в Костроме.

Сергей Иванович с Раисой Ивановной гордятся своими родителями и стараются быть достойными их, как, впрочем, и их дети — внуки Ивана Сергеевича и Нины Васильевны.

Разведчик Пашков, о подвиге которого прокатилась слава по всему Западному фронту, был очень скромным в жизни. И никогда не распространялся по поводу того, что с ним произошло, как и о том, что о нем сложена известным поэтом баллада.

История о совершенном им подвиге всплыла в конце 60-х годов, когда тогдашний сотрудник областной молодежной газеты «Ленинец» Владимир Савельев услышал разговор о том, что легендарный разведчик Иван Пашков, о котором именитый поэт написал балладу, родом из Липецкой области. Молодой журналист занялся поисками. На помощь ему подключились краеведы районов. Так и вышли на Ивана Сергеевича. А в 1970 году, в горькую для нашей Отчизны дату 22 июня, состоялась встреча в редакции газеты «Комсомольская правда» поэта с героем очерка. В этот день Алексей Сурков подарил нашему земляку свою книжку с автографом, подписав на 24 ее странице: «Герою этого очерка от автора через долгие годы в день встречи. С солдатским приветом А. Сурков. 22.06.70 г.»

Всевышний даровал солдату Великой Отечественной войны долгую жизнь. Он покинул наш бренный мир в 1997 году.

К столетию со дня его рождения, на доме, который сам же построил и где проживал до конца дней своих, второго сентября, в день окончания Второй мировой войны, была установлена мемориальная доска.

Увековечить таким образом память о земляке была инициатива директора музея-усадьбы «Край Долгоруковский» Надежды Крюковой.

В этот день у дома Пашковых собрались жители Котово, школь­ники из ближайших сел, представители районной и местной власти.

Почтить память земляка приехал председатель областного Совета ветеранов войны и труда Леонид Рощупкин. О том, каким был Иван Сергеевич, вспоминали его дети, племянница и другие гости.

Пусть память о нем, рядовом русском солдате, не склонившем головы перед врагом, вечно хранится в наших сердцах.

Леонид ПЕТРОВ.

Ежегодно Сергей Иванович и Раиса Ивановна проводят лето с детьми в родительском доме в д. Котово.

_________________________________________________________________________________

Фронтовики

Главное – любовь к своей родине

Участник Великой Отечественной войны Ефим Иванович Кузьмин, проживающий в селе Стрелец, прошел огненными верстами войны с самого первого дня и до последнего.

Он родился в многодетной семье в то сложное время, когда история России писалась вживую. Поколение воспитывалось надежное и волевое. Кусок ржаного хлеба считался лучшим лакомством, поэтому не до капризов малым детям было. И никто не удивлялся, что ребятишки сами пахали на волах, возили воду, косили, скирдовали, да много чего наравне со взрослыми делали. Все дети в семье по 4 класса закончили, только средняя сестра получила высшее образование. В то время это было великой гордостью.

21 июня 1941 года Ефима всем колхозом проводили в армию…

ПРИЗЫВНИКИ успели только до Орла доехать, сесть за первый солдатский завтрак и… тревога! Война!

В Ярославле днем обучались военному делу, а ночью грузили боеприпасы. Бывало, от усталости с ног валились. После «учебки» отправили Ефима в Саратов на курсы младших командиров, затем -на фронт, в 547 дивизию, в г. Воронеж, где шли бои.

«До конца осени 1942 года бились за город, — рассказывает старый солдат, бывший тогда заместителем командира взвода. — Дивизия потеряла большую часть своего состава и была выведена на отдых и пополнение в грязинские леса. Там мы и молодых солдат обучали военному делу.»

Затем снова часть бросили к Воронежу. Шли пешком: днем — лесами, ночью выходили на дорогу. И вернулись-таки окрепшие войска снова в город, и пошли в наступление в сторону Касторного, где завязались ожесточенные бои. Молодой солдат всегда находился в первых рядах, ведь он был комсоргом, первым помощником командира взвода.

«Двинувшись на Курск, наши войска приостановились, — вспоминает старый солдат. — Сильны были немцы, но и на­ши в это время были не слабее. Фашисты проиграли знаменитый бой на Курской дуге.»

А еще ветеран помнит ожесточенные бои за город Терно-поль. Дважды он переходил из рук в руки. Заняли мелкие близлежащие пункты и начали дружное наступление на Киев. Противник стянул в город боевую технику, надеясь дать отпор. Но всю ночь шла переправа через Днепр, и к 9 часам утра город освободили. Ефим Иванович настолько ясно это помнит, словно фильм смотрит.

Город Львов тоже достался с громадными потерями. Затем были бои в Румынии, где Кузьмин получил ранение в грудь. После Победы сразу не демобилизовали, пришлось отслужить еще целый год. Погибли на фронте отец и брат, мама умер­ла.

ВЕРНУЛСЯ домой, а там од­ни  сироты.   Стал  главой опустевшей семьи, был за старшего. В 1947 году создали свою семью с Екатериной Антоновной, с которой был еще до войны знаком. Работал учетчиком тракторной бригады, 25 лет — заведующим молочно-товарной фермы, 15 лет — завмагом. Даже выйдя на пенсию, продолжал трудиться, многолетняя закалка не давала покоя.

Вырастили пятерых детей. Старому солдату вновь пришлось пережить трагедию — смерть 16-летнего сына. Сердце до сих пор болит. Ведь в мирное время под чистым небом погиб сынок! Ох, как тяжко такое вспоминать! Остальные четверо детей живут в Ельце. Трое сыновей и дочь выучились, имеют специальности, работают. Пятеро внуков и одна правнучка гостят у дедушки с бабушкой. Большая радость для них, когда приезжают родные. Вот только увидеть их теперь Ефим Иванович не может, совсем ослеп. Серьезное заболевание у него — глаукома, а опера­цию делать рискованно.

85 лет жизни, полной волнений и тревог, испытаний и ежедневного нелегкого труда… Выдержит ли сердце старого солдата? Врачи не уверены, что со зрением будет лучше. Обидно только, что не видит он яркого солнца и голубого неба, за которое погибли отец с братом, и он своей жизни не жалел для Победы. Зато мир и тишина радуют его. Выйдя в сад, можно слушать звонкоголосое пение птиц, вдыхать аромат родной земли и ощущать себя ее род­ным сыном. Родина! Не было и не будет прекраснее слова. Ефим Иванович всю жизнь старался ее сделать лучше. Это ли не скромный подвиг очень скромного человека?! Не сдается времени ветеран и сейчас.

Н. ПАСЬКО.

НА СНИМКЕ: родной калитки в сад Е. И. Кузьмин.

Фото В. САМОХИНА.

_________________________________________________________________________________

ВОЙНА ЗАКАЛИЛА ЕЁ ХАРАКТЕР

У Веры Семеновны Кузьминой при воспоминании о прожитых годах непроизвольно появляются слезы. Да и слушая ее рассказ о нелегкой доле, сам незаметно смахнешь слезинку. Вся жизнь — бесконечный тяжелый труд без опоры на мужское плечо, да еще и молодость, перечеркнутая войной.

Родилась она в 1923 году в Стрельце. Отец рано умер, мать одна растила троих дочерей. В колхоз вступили с первых дней его создания. В школе Вера почти не училась, постигла азы чтения и письма, вот и вся грамота. Надо было помогать матери. Девчонки плели кружева на продажу. А когда Вера подросла, стала работать в колхозе.

В 1942 году в Стрелец пришли две повестки. Ее и подругу Дусю Иванищеву вызвали в военкомат в Стегаловку. Оттуда направили в Елец в «учебку». Здесь наша героиня научилась владеть оружием и мастерски стрелять. По окончании курсов получила назначение в Курск, к тому времени боевые действия там уже закончились. Попала в 106-й полк связи, в котором прослужила три года. Встретила свою любовь, сибиряка Мишу, планировали после войны создать семью.

Довелось побывать ей в Латвии, Литве, Польше и даже дойти до Германии. Но Берлин не увидела, так как ее служба закончилась: Вера готовилась стать матерью, отправилась в родной Стрелец.

В 1945 году сержант Вера Кузьмина родила дочь. Жила она с мамой, младшей сестрой и дочкой. После окончания войны Михаил уехал в Сибирь, жить в Стрельце не захотел. Вера с дочкой должны были приехать к нему. Но как можно оставить больную мать с сестрой одних? А тут еще умерла старшая сестра, оставив девочку-сиротку. Кроме Веры воспитывать ее было некому. Вот и пришлось, забыв о личной жизни, стать главой бабьего царства. Надо было всех кормить, обо всех заботиться.

Вера развела большое хозяйство, без него трудно было выжить, с головой ушла в работу, которой в колхозе было невпроворот: трудилась дояркой, строителем. Подрастали дочь с племянницей, нужно было подумать об их замужестве, а на себя она давно рукой махнула: какая теперь из нее невеста, если лучшие годы уже позади?!

— Хорошего почти не было, — вспоминает Вера Семеновна.

— Работали в будни и праздники. Но война закалила мой характер, и духом я никогда не падала. Тяжело было одной, но все успевала и делала, так как надеяться не на кого было.

За свой добросовестный труд Вера Семеновна награждена орденом Трудового Красного Знамени, прибавив его к боевым наградам.

Казалось бы, все испытания позади, но пришлось ей пережить еще одно неутешное горе. 10 лет назад умерла единственная дочь, оставив на попечение матери двоих сыновей. Внуков баба Вера любит и хвалит: ребята самостоятельные, работящие. Оба отслужили в армии, стар­ший прошел Афганистан. Теперь Вера Семеновна уже прабабушка. Есть у нее правнук и правнучка. Живет сейчас в семье внука. Наконец-то дождалась хозяина в доме, есть кому гвоздь забить и огород вскопать.

В 2003 году к 350-летию села Стрелец В. С. Кузьминой было присвоено звание «Почетный гражданин села». Глава администрации Грызловского сельсовета И. В. Малютин сказал: «Просто так это звание не присвоят, его надо заслужить. Вера Семеновна — человек замечательный и труженица великая. А каких хороших внуков воспитала! Вся жизнь ее прошла в бесконечном труде и сейчас ни минуты не сидит без дела.»

Несмотря на свой возраст, она еще хлопочет по хозяйству, занимается с правнучкой. Оставайтесь такой еще долгие годы, уважаемая Вера Семеновна! Ваша трудовая биография может служить примером для молодых.

Н. ПАСЬКО.

НА СНИМКЕ: В. С. Кузьмина.

Фото В. САМОХИНА

_________________________________________________________________________________

ОТ РОДНОГО ПОРОГА — ДО ЛОГОВА ВРАГА

Сотни уроженцев Долгоруковского района приняли боевое крещение на Курской дуге

Летом 1943 года Германия решила взять реванш после сокрушительного поражения в Сталинграде. В районе Курского выступа противник сосредоточил свои отборные части, оснащенные самым современным вооружением. Особые надежды Манштейн, считавшийся лучшим гитлеровским полководцем, возлагал на полнокровные эсэсовские танковые дивизии.

На дворе стоял 1943 год. Советские воины научились бить врага не столько числом, сколько умением. Хоро­шо сработала и наша разведка.

НА ЦЕНТРАЛЬНОМ и Воронежском фронтах были возведены мощные оборонительные укрепления. В прифронтовой полосе накапливались советские войска.

Курская битва разделена на две операции: оборонительную — с 5 по 23 июля и наступательную — с 12 по 23 августа. Самым тяжелым днем 12 июля. На небольшом пиле под Прохоровкой сошлись две танковые армады. Именно 12 июля произошел тот перелом в битве, когда враг дрогнул и фашистское командование отказалось от ведения наступатель­ной операции и дало приказ о переходе к обороне.

В сражениях на Орловско-Курской дуге участвовали сотни наших земляков. Многие сложили там головы, по сути, защищая свой дом, который находился в сотне верст. Где-то в курских степях сложил голову муж жительницы . д. Русская Казинка Татьяны Кузьминичны Гришиной. Последний раз она виделась с ним незадолго до битвы на втором оборонительном рубеже, куда всеми правдами и неправдами добралась с подругой. Под станцией Поныри насмерть стоял со своими однополчанами-артиллеристами ныне здравствующий стрельчанин Алексей Трофимович Бельских. Спустя много лет он не раз наведывался туда, чтобы почтить память побратимов.

Где-то поблизости от Алексея Трофимовича отражал атаки тяжелых немецких танков 20-летний командир 76-миллиметрового орудия уроженец села Дубовец Николай Матвеевич Деев, ныне проживающий на улице Терешковой. На Курской дуге принял боевое крещение уроженец деревни Русская Казинка, а ныне житель поселка Тимирязевский Сергей Федорович Востриков. В наступательной операции с 12 по 23 августа участвовали ныне покойный кавалер трех орденов Славы Адам Герасимович Ловчий, житель д. Бурелом минометчик, кавалер орденов Славы II и III степени и двух медалей «За отвагу» Сергей Васильевич Мерзликин.

Иван Поликарпович Семенов — фронтовик из села Братовщина — воевал в знаменитой Гвардейской дивизии генерала Радимцева. Она стояла на третьем оборонительном рубеже, до которого враг так и не дошел. Дивизия участвовала в наступательных боях на Белгородском направлении. В освобожденном городе Ивану Поликарповичу побывать не пришлось, накануне он был тяжело ранен.

С Курской битвы началось освобождение городов и сел. 5 августа наших бойцов встречали выжившие в оккупации жители разрушенных городов Орла и Белгорода, 23 августа — города Харькова. Земляки вздохнули с облегчением: опасность нового вторжения оккупантов на территорию района миновала.

Леонид ПЕТРОВ.

Фото Виктора САМОХИНА.

Артиллерийская бригада, в составе которой воевал стрельчанин Алексей Трофимович Бельских, стояла насмерть у станции Помири, отражая натиск врага.

_________________________________________________________________________________

ВОЙНА ПОВЕРНУЛА НА ЗАПАД

В честь советских войск, освободивших г. Орел и г. Белгород, в Москве был дан первый за время Великой Отечественной войны артиллерийский салют.

Летом 1943 года немецкое командование запланировало провести крупное наступление, овладеть стратегической инициативой. Под Курском были сосредоточены отборные немецкие дивизии, в том числе и танковые, оснащенные новыми машинами «Тигр», «Пантера», «Фердинанд». Фашисты возлагали большие надежды на внезапность применения новой техники. Но на дворе был уже не 41 год. За плечами наших бойцов и командиров — опыт двухлетней борьбы с захватчиками. Промышленность страны по производству вооружения преодолела довоенный уровень. Советская армия была хорошо оснащена танками, самоходными орудиями, самолетами, стрелковым оружием. К тому же, советское командование задолго до начала операции «Цитадель» располагала сведениями о дне и даже часе немецкого наступления, направлении главных ударов врага.

Старожилы нашего рай­она помнят напряженную весну и лето 1943 года, ибо вместе с бойцами саперных батальонов многие из них строили укрепления для эшелонированной обороны. Даже сейчас, спустя 69 лет, угадываются очертания траншей и огневых позиций артиллеристов по всему высокому правобережью рек Олым и Сосна.

На территории района в то время были сосредоточены две стрелковые дивизии. Так что враг, даже прорвав первые линии нашей обороны, вряд ли бы беспрепятственно двинулся дальше. Так и произошло. На Огненной дуге сражались десятки, если не сотни наших земляков, в том числе совсем молодые, 1924 года рождения. Среди немногих здравствующих ныне фронтовиков, прошедших ад Курской битвы, — Сергей Федорович Востриков из поселка Тимирязевский, Алексей Трофимович Бельских из с. Стрелец. Можно было понять состояние мирных жителей нашего района, на протяжении многих дней наблюдавших по ночам огненное зарево и слышавших гул дальней канонады, не прекращающийся ни на минуту.

И вдруг в один из дней наступила тишина. А спустя некоторое время радостная весть мгновенно облетела большие села и маленькие деревни: наши воины выстояли на курском выступе, обескровив ударные группировки врага, и перешли в контрнаступление. Развивая его к 23 августа 1943 года, советские сухопутные войска, поддерживаемые с воздуха авиацией, отбросили противника на запад на 140-150 километров, освободили г. Орел, г. Белгород и г. Харьков.

В Курской битве советская армия одержала величайшую победу, определившую дальнейший ход кампании 1943 года и оказавшую решающее влияние на ход Великой Отечественной войны и второй мировой войны в целом. В полуторамесячных напряженных боях потерпели крушение планы гитлеровского командования по разгрому основных сил нашей армии и удару по Москве со стороны Орла и Курска. Гитлеровцы потеряли стратегические плацдармы — Орловский и Белго-родско-Харьковский и 30 отборных дивизий, в том числе семь танковых, свыше полумиллиона солдат и офицеров, 1,5 тысячи танков, более 3,7 тысячи самолетов, 3 тысячи орудий.

После разгрома немцев на Орловско-Курской дуге труженики полей наших колхозов уже безбоязненно выходили днем на полевые работы, не опасаясь налетов вражеской авиации. Район из прифронтовых теперь находился в глубоком тылу, куда уже не рисковали забраться вражеские летчики.

В соответствии с приказом И. В. Сталина № 2 от 5 августа 1943 года в Москве был дан первый артиллерийский салют войск, освободивших Орел и Белгород. Поэтому за ними закрепилось название «города первого салюта».

Леонид ПЕТРОВ.

На Курской дуге стрелъчанин Алексей Трофимович Бельских отражал атаки немецких танков в составе 540-й артиллерийской бригады.

Фото из архива «СЗ».

_________________________________________________________________________________

Земляки

«НАШ КОМАНДИР УДАЛОЙ, МЫ ПОЙДЕМ ЗА ТОБОЙ…»

В заснеженных полях затерялась небольшая деревенька Рог. Живет в ней наш старый знакомый — Василий Алексеевич Макеев. Недавно заглянули к нему в гости. Старика застали, как всегда, в заботах по хозяйству.

НАШЕ внимание привлекли рамочки с семейными фотографиями. Среди снимков, висящих на стене, бросалось в глаза фото мужчины в форме генерал-полковника авиации с золотой звездой Героя Советского Союза на груди. Рядом увеличенная фотография самого хозяина в пору его юности.

Заприметив наш интерес, Василий Алексеевич достал семейный альбом, папку с пожелтевшими от времени газетами «Красная Звезда» и рассказал нам о своей армейской службе, окомандире, в то время подполковнике Василии Васильевиче Решетникове, впоследствии командующем ВВС страны.

— Никто из нашего макеевского рода никогда не искал лазеек от того, чтобы уйти от выполнения воинского долга, начал свое повествование Василий Алексеевич. — Его честно выполнили предки.

Отец, Алексей Яковлевич, участвовал в финской кампании. Тогда семья дождалась с войны хозяина. А в июле 1941 года Родина снова позвала солдата на защиту. Вслед за ним надел солдатскую гимнастерку и ушел на фронт старший сын Георгий.

От отца последнюю весточку семья получила в мае 1942 года. А летом Макеевым пришла «похоронка». Брат в это время сражался с фашистами где-то на подступах к Сталинграду. И кто знает, получил ли Георгий письмо из дома с вестью о героической гибели отца, ибо через месяц пришло сообщение о его гибели. Тогда в боях за Сталинград ежедневно мотыльками сгорали тысячи жизней русских ратников.

ВСКОРЕ после Победы пришел черед и Василию Родине послужить.

Воинская судьба забросила в 185-ый гвардейский тяжелый бомбардировочный авиацион­ный полк дальнего действия. После учебки его определили в экипаж командира полка В. В. Решетникова в должности бортрадиста.

Командир был легендарным человеком. В составе эскадрильи тяжелых «Ил-4» 27, 30 августа и 10 сентября 1942 года он участвовал в бомбардировке столицы фашистского рейха Берлина, за что и был удостоен звания Героя.

— Командир наш, — вспоминает Василий Алексеевич, — мало того, что был геройским человеком, но и по-отцовски заботливым и внимательным.

Через год комполка пошел на повышение. Было радостно за него и одновременно грустно.

ПЯТЬ лет прослужил в авиаполку наш земляк.

Вернулся домой, женился, воспитал детей. Двое его сыновей, Леонид и Анатолий, так же, как и их отец, честно отдали священный долг Родине. А Василий Алексеевич никогда не забывал о своем первом командире. Он всю жизнь выписывал газету «Красная звезда» и по публикациям прослеживал его воинский путь.

Как-то не удержался, написал В. В. Решетникову письмо. Ответ получить особо не надеялся. Высоко взлетел к тому времени его командир и по званию, и по должности.

Но такой уж, видно, человек В. В. Решетников, что при всей своей занятости выкроил время для письма бывшему подчиненному. В конверт вместе с посланием вложил и фото на память с дарственной надписью.

Василий Алексеевич хранит их как реликвии. Письмо короткое, приводим его дословно:

«Здравствуйте, дорогой Василий Алексеевич! Спасибо Вам за добрую память, за то, что помните наш славный полк. С тех пор прошло немало времени, мне довелось работать во многих местах, в разных коллективах. Но наш полк, экипаж я вспоминаю с теплотой, как и Вы.

Желаю Вам успехов в делах, здоровья, добра и счастья!

С уважением,

В. Решетников.

05.04.1982 г.»

Вот такие были у нас командиры! За ними мы готовы были идти в огонь и воду, — сказал на прощание В. А. Макеев.

Л. ПЕТРОВ.

НА СНИМКЕ: В. А. Макеев у развернутого полкового знамени.

Фото из семейного альбома.

_________________________________________________________________________________

О героях былых времён

«Не гневила, не кляла она судьбу»

Александра Григорьевна Малютина из с. Грызлово проводила на фронт двоих сыновей. Ей повезло — оба вернулись домой

Не помню, кто принёс первым в наше село недобрую весть о нападении фашистской Германии. Скорее всего, это был один из земляков, возвратившихся из Чернавы. Туда, по воскресеньям, многие односельчане ходили на славящиеся своим изобилием и многолюдьем базары.

Наша изба была одной из крайних в Грызлово, у дороги. Поэтому мама быстрее других узнала о начале войны. Детей у неё было четверо. После смерти отца она в одиночку нас на ноги поднимала.

Старший сын Алексей, 1922 года рождения, в это время находился в г. Енакиево на заработках. Естественно, о нем болела душа у матери. Да и второму сыну Ивану 16-й год шёл, его тоже могли призвать в армию.

Позднее мы узнали из писем Алексея, что мобилизовали его в первый день Великой Отечественной. От него приходили редкие послания. В них было всего несколько строк: «Жив, бью фашистов. Берегите себя. Ваш сын и брат Алексей». А потом треугольники перестали приходить. Мать напрасно стояла каждый день у порога, поджидая почтальона в надежде, что тот свернет на их тропинку.

А потом пришли враги, злые, промороженные. Братишка Ваня где-то прятался, его вполне могли принять за переодевшегося в гражданскую форму солдатика и втолкнуть в группу военнопленных, которых сгоняли в Стрелецкую церковь. Бог милостив, беда обошла в те страшные дни нашу семью. А потом всего в нескольких километрах, в Стрельце, началась стрельба. По суматохе, поднявшейся среди немцев, поняли, что приближается наш час освобождения. Оккупанты отступили в сторону Чернавы с такой поспешностью, что оставили пушки и машины.

А вскоре после этого пришла весточка и от Алексея, из которой узнали, что он получил ранение. Видимо, после этого брата направили на краткосрочные курсы по подготовке офицеров, ведь он имел за плечами не только боевой опыт, но и семь классов образования.

О том, как воевал, Алёша не распространялся. Мама охнула, когда однажды увидела на его теле шрамы от ранений. И наград у него немало: два ордена Красной Звезды и орден Отечественной войн « степени.

После войны Алексей окончил Воронежский сельхозинститут, женился, работал физруком в школе, агрономом в колхозе, председателем Стегаловского сельского Совета.

А Ивана мы с мамой проводили на войну в 1943 году совсем мальчишкой, ему ещё восемнадцати не исполнилось. Участвовал в боевых действиях, но уже с японцами, слава Богу, уцелел в сражениях, вернулся домой. А здесь, на родине, недород на полях, голод. Парень отправился на заработки в Донецк, там женился, пустил корни.

Алексей Малютин в победном 1945 году.

ФОТО ИЗ СЕМЕЙНОГО АРХИВА ОЛЬГИ МАЛЮТИНОЙ.

_________________________________________________________________________________

Земляки

«КАК БУДТО ВНОВЬ Я ВМЕСТЕ С НИМИ СТОЮ НА ОГНЕННОЙ ЗЕМЛЕ»

Орловско-Курская дуга… Ее еще называют огненной дугой. Потому что летом 1943 года, с 5 июля по 23 августа, здесь небо было окрашено в багряный цвет от непрекращающихся ни днем, ни ночью боев.

Отголоски жесточайшего сражения докатывались до наших мест. И вечерами собирающиеся у околиц населенных пунктов женщины с тревогой всматриваясь в западную сторону: где-то там сражались мужья и сыновья многих из них.

Так уж получилось, что многим призванным в армию из наших мест пришлось воевать почти у порога отчего дома — под Орлом и Курском. В «Книге памяти» десятки фамилий земляков, павших смертью храбрых на орловской и курской земле. А те, кто выжил, выстоял, пошел дальше освободительным походом до самого логова врага.

Сегодня тех, кто стоял насмерть на огненном рубеже, не пропустил врага в глубь страны, осталось совсем немного. Все они, как ни странно, представители «бога» войны — артиллерии. Сергей Федорович Востриков, — командир расчета 76-миллиметрового орудия, Николай Матвеевич Деев — наводчик такой же пушки, Сергей Васильевич Мерзликин — минометчик.

Связист артиллерийской бригады Алексей Трофимович Бельских родом из Стрельца. Здесь под опекой детей проживает и сейчас.

Алексею Трофимовичу пришлось стоять насмерть со своими однополчанами-артиллеристами 540-й отдельной бригады у станции Поныри в самый трудный и кровопролитный период сраже­ния — в жаркие июльские дни.

— Мы потеряли тогда счет дням, — вспоминает ветеран. — Говорят, солнце пекло, только мы его не видели из-за дыма пожарищ и поднятой взрывами пыли.

Задача, которая стояла перед бойцами артиллерийской бригады, — не допустить прорыва немецких танков в глубь обороны.

И стрелецкий паренек Алексей, которому только исполнилось 18 лет, с товарищами ее решил. То поле под пристанционным поселком для ветерана стало своеобразным Куликовым. На нем полегли многие его однополчане, в том числе командир. После войны он четыре раза посещал те места, где стояла их батарея, братскую могилу, где похоронены побратимы.

Один раз взял с собой в поездку сына, чтобы показать рубеж, который не позволили преодолеть врагу и с которого через месяц тяжелых оборонительных боев погнали врага назад, — туда, откуда он пришел.

Алексей Трофимович считает, что на войне ему везло. В очень серьезные переделки попадал.

бывали случаи, когда мысленно уже прощался с родными. Но смерть обошла стороной, только уже в Берлине, в уличных боях, слегка коснулась его.

Алексей Трофимович хорошо запомнил тот день — 27 апреля 1945 года. Вместе с товарищами он прокладывал связь от позиций своих батарей к наблюдательному пункту. Где-то на полпути нарвались на немцев. В коротком встречном бою 20-летний Алексей Бельских был ранен осколками разорвавшегося снаряда. Можно сказать, тогда война для земляка и закончилась. Тем не менее, домой он вернулся лишь спустя два года после Победы над врагом.

Леонид ПЕТРОВ.

_________________________________________________________________________________

Солдат1941

НЕ ВЕРНУЛИСЬ ИЗ БОЯ

Еще десять лет после Победы, до самой своей смерти, мать ждала сыновей и внука.

Нет в селе Стрелец ни одной семьи, которой бы не коснулась своим крылом Великая Отечественная война. Из небольшого, по тогдашним меркам, населенного пункта ушли защищать Родину сотни ее сыновей. 280 из них не вернулись с поля брани.

Супружеская чета Белолипецких — Алексей и Устинья — проводила на войну в первый страшный год одного за другим сыновей: Ивана, Кирилла, Николая и.внука от старшего сына Василия.

Еще один сын, Михаил, в это время дослуживал последние деньки в звании старшего сержанта в одной из воинских частей, дислоцированной в местечке Унгены, что в Бессарабии. Буквально за месяц до нападения фашистов он приезжал домой на побывку.

Его сын, Владимир Михайлович, проживающий сегодня в Стрельце, помнит, как вместе с мамой они провожали отца, возвращавшегося из отпуска в часть, до околицы села. Родитель нес малыша на руках. Черты лица бать­ки размыл 70-летний промежуток времени, а вот ласку больших заботливых рук ощущает на себе до сегодняшнего дня. Больше Володя папку не видел. От него пришло письмо, в котором сообщал, что командование задерживает его с демобилизацией на один месяц для того, чтобы подучить воинскому мастерству молодое поколение. В конверт была вложена фотография с надписью и датой на обороте: 6 июня 1941 года.

Как сложилась военная судьба Михаила Алексеевича, представить не трудно. Его, ско­рее всего, постигла участь многих тысяч бой­цов кадровой армии, оказавшихся в пригра­ничных районах. Это на них в первую очередь немцы обрушили артиллерийские и бомбовые удары, танки и мотопехоту.

На Михаила Алексеевича родители получили извещение о том, что пропал без вести, ближе к осени. Это потом, после запросов в архивы, будет установлено, что он погиб 7 июля 1941 года. А значит, полмесяца старший сер­жант сражался с врагом и героически погиб на каком-то огневом рубеже.

Одним из первых под мобилизацию попал старший сын Иван. Его оторвали от сохи и семьи все в том же 1941 году. И участь его неизвестна. Его сын Василий, ушедший на фронт мстить фашистам за отца, тоже вскоре сложит голову.

Еще дважды отец с матерью будут провожать на войну своих кровинушек и дважды получать серые казенные конверты, от которых заходилось сердце. Люди знали, что в них находится тоненький листок бумаги с извещением.

Николай разделил судьбу братьев — сгинул без вести на войне.

А вот от Кирилла родители получали весточки до самой весны 1943 года. Но спустя некоторое время на него тоже пришла «похоронка». Он погиб в бою 4 апреля 1943 года.

Потерять за два неполных года четверых сыновей и внука — не каждому дано пережить. Такого потрясения не вынес глава семьи. Он умер в 1943 году.

Мать пережила его на 12 лет, она скончалась в 1955 году. И все 10 лет после Победы женщина всматривалась в сторону большака, ведущего в село со стороны станции Долгоруково. Она ждала с войны сыновей.

Леонид ПЕТРОВ.

Выцветшая фотография отца Михаила Алексеевича — все, что осталось на память у его сына, стрельчанина Владимира Михайловича Белолипецких.

_________________________________________________________________________________

Никто не забыт, ничто не забыто

НЕТ В РОССИИ СЕМЬИ ТАКОЙ…

Маленькая деревенька Котово, как и тысячи ей подобных, заплатила за Великую Победу в самой кровопролит­ной в истории человечества войне 47 жизнями лучших своих сыновей. О том, что уроженцы ее — люди самоотверженные, храбрые, отважные, можно судить хотя бы по следующему факту. Из пяти Героев Советского Союза — двое, А. И. Дешин и И. С. Дешин — уроженцы деревеньки Котово.

Отсюда же родом был и легендарный разведчик, победивший смерть, И. С. Пашков. Начиная с 1941 года и до самой своей смерти, он отмечал две даты своего рождения. Вот в этой маленькой дере­веньке, откуда ушел на фронт один из Героев Советского Союза Андрей Иванович Дешин, накануне 61-ой годовщины Великой Победы состоялся митинг, посвященный открытию мемориальной доски на доме, где родился, вырос и ушел в бессмертие наш героический земляк.

Открывая митинг, глава администрации Грызловского сельсовета И. В. Малютин отметил, что они собрались у этого дома отдать почесть и долг памяти А. И. Дешину, а вместе с ним еще 670 уроженцам грызловской земли, положившим на алтарь победы самое дорогое, что у них было, — жизни.

Потом слово взял ветеран войны и труда Н. И. Романов. Николай Иванович родом из этой же деревеньки, вместе с А. И. Дешиным рос и учился в од­ной школе. Он поделился своими воспоминаниями.

Единственная оставшаяся в живых из большой семьи Дешиных, родная сестра героя Лидия Ивановна рассказала о том, каким запомнился ей брат, что говорил ей, уходя на войну, о своей поездке на место, где он совершил последний свой подвиг, и о том, как свято чтут его память жители населенного пункта, при освобождении ко­торого 18-летний паренек из русской деревни сложил свою голову.

Слушая неторопливый взолнованный голос Лидии Ивановны, каждый из присутствующих на митинге представлял картину поля боя, широкую реку Десну, хорошо простреливаемую противником, кипящую от разрывов снарядов и мин, отчаянно сражавшийся на захваченном плацдарме пехотный полк. Его батальонам требовалась артил­лерийская поддержка, ибо фашисты принимали все меры, 4тобы сбросить нашу часть в году. Но артиллеристы не могли томочь, не могли стрелять, так сак не было связи. Попытки установить ее оказались безус-1ешными. Враг расстреливал лодки со смельчаками. И вот тогда, обвязавшись телефонным проводом, в холодную воду, а на дворе стоял сентябрь, бесстрашно бросился 18-летний котовский паренек. Он переплыл реку и связал дивизион со штабом стрелкового полка. Мощная артиллерийская поддержка помогла пехотинцам отразить все атаки фашистов и удержать плацдарм. Через несколько дней, все на той же реке Десна, ефрейтор Дешин, вновь прокладывая те­лефонную связь под огнем вражеских самолетов, погиб. А 16 октября 1943 года Указом Президиума Верховного Совета СССР А. И. Дешину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. А в русскую деревеньку из Черниговщины его родителям Ивану Петровичу и Евдокии Павловне пришло извещение о героической гибели их сына с указанием места его захоронения. Позднее прах земляка был перезахоронен в братскую могилу. На данную церемонию были приглашены ныне покойная мать героя и его сестра Лидия Ивановна.

В свое время на доме, откуда ушел в бессмертие простой русский паренек, уже висела мемориальная доска. Но прочесть то, что на ней написано, было уже невозможно. Лидия Ивановна обращалась к властям с просьбой обновить ее. В ответ слышала одни обещания. Даже к 60-летнему юбилею не нашлось маленькой суммы на полоску мрамора. И только сейчас мемориальная доска появилась на стене маленького деревенского дома, давшего Родине одного из своих героев.

Кстати, в церемонии ее открытия участвовали Глава района В. А. Никишин, председатель районного Совета депутатов А. Н. Тельнов и председатель районной организации ветеранов В. В. Щетилрв. Думаю, они не могли не заметить побитого шифера на кровле дома, обветшавшего крылечка и обязательно дадут указания руководителям соответствующих служб оказать помощь старушке в ремонте дома. Это не дело, когда родная сестра героя, которой брат, уходя на войну, говорил: «А вернусь, я тебя никогда не брошу», находилась многие годы один на один со своими проблемами.

Л. ВОСТРИКОВ.

НА СНИМКЕ: мемориальная доска, которая наконец-то обрела свое место ни доме Герои Великой Отечественной войны: Лидия Ивановна делится воспоминаниями о своем брате; фото на память у дома, где родился и жил А. И. Дешин.

Алексей Трофимович Бельских из с. Стрелец в июле-августе 1943 года воевал на Орловско-Курской дуге в районе станции Поныри.

_________________________________________________________________________________

К 65-летию Великой Победы

ВЕРНОСТЬ ДОЛГУ И РОДНОМУ СЕЛУ

Евдокии только исполнилось 16 лет, когда ее призвали в армию.

Неказистый, еще довоенной постройки домик, с разрушаемыми временем дворовыми постройками, принадлежащий участнице Великой Отечественной войны Евдокии Семеновне Иванищевой, прилепился к самому полю на восточной окраине села Стрелец. Мы промаялись на крыльце с четверть часа в тщетной попытке достучаться до хозяйки. Сопровождающий нас директор Стрелецкого музея Владимир Бело-липецких напрасно маячил у окошек, надеясь, что старушка узнает его и откроет дверь. Собирались уже покинуть подворье, когда к нам на помощь пришла женщина из соседнего дома. На ее стук и крики хозяйка отозвалась, щелкнул засов входной двери.

— Слышала вас и наблюдала за вами сквозь занавеску, но открыть дверь не решилась, — пояснила. — На войне не так фрицев боялась, как сейчас всякой шпаны. Время-то какое, обижают нас, стариков. А на помощь не дозовешься. Самые близкие соседи Башкатовы от меня за сотню метров проживают. Да и чем они помогут, им самим за 80 перевалило.

Мы никак не могли направить нить разговора в нужную сторону — о боевой юности землячки. Она сетовала по поводу трудной жизни в одиночестве, бездействующем водопроводе, разваливающихся хозяйственных построек. Зачем они нужны 88-летней бабульке, не знаем. Но она просила посодействовать в решении ее проблемы, обещая не обидеть мастеров деньгами из своей пенсии.

Старушка тепло отзывалась о своей «хожалке» Светлане Образцовой, которая приглядывает за ней, помогает по дому и хозяйству, привлекая, когда требуются мужские руки, на помощь своего супруга.

Рассказывая о жизни, старушка прикладывала уголок платка к глазам. Вспоминать прошлое ей нелегко. Единственной радостью, надеждой и опорой был сын Анатолий. Но и того сейчас нет, мать пережила родную кровинушку.

Все, что осталось от него, так это фотографии: вот сын в армейской форме, вот со своей семьей, вот, приобняв мать за плечи, стоит с ней на фоне цветущих яблонь…

Евдокия Семеновна вернулась домой в 45-м году не одна, с ребенком. Его в одиночку и подняла на ноги. Неудивительно, что любовь свою встретила на войне. А где ее было встретить, если молодость прошла именно там.

Дуне только исполнилось 16 лет, когда в числе таких же молоденьких девушек призвали в армию. Как выразилась старушка, заступиться за нее было некому, мать больная, отец на фронте, она самая старшая из девяти детей.

Маленькую росточком, хрупкую девушку определили в медсанбат санитаркой. В этой должности всю войну и прошла. Сама настрадалась, а еще больше нагляделась на страдания других. Ведь с какими только ранениями не прошли через ее руки многие сотни бойцов! И кровь свою отдавала им, когда та требовалась, и ночи проводила у постели тяжелораненых. Так в составе медсанбата и дошла до Германии. Каждый раз, принимая раненых, всматривалась в их лица, надеясь и одновременно боясь увидеть в одном из них родного отца или кого-то из односельчан. Потом из весточки, пришедшей из дома, узнала, что отец погиб на фронте.

Однажды, уже где-то в Германии, ее по имени окликнула ладная девушка в военной форме. Пути-дороги свели тогда ее с односельчанкой Верой Кузьминой. Вот уж было радости! Им посчастливилось обоим выжить и вернуться домой.

А на малой родине ждала разруха, страшный голод 1946 года. Она работала не покладая рук, поднимая на ноги братьев и сестер, сынишку. Большинство из них, оперившись, разлетелись по городам и весям большой страны. А Евдокия Семеновна осталась верна своему селу. Здесь ее корни, дорогие могилы. Зачем ей, как в той песне, чужая земля…

Леонид ВОСТРИКОВ.

Фото Надежды МАЛЮТИНОЙ.

Глава района Владимир Никишин заехал к Евдокии Семеновне, чтобы поздравить с приближающимся праздником Победы.

_________________________________________________________________________________

Земляки

ПОМНИТ СЕРДЦЕ

Когда фашисты вероломно напали на нашу страну, Коле Тимохину еще не исполнилось и 15. Он хорошо помнит тот страшный 1941 год: подводы, увозившие мужиков в неизвестность, причитания матерей, жен, сестер. Их деревушка 2-я Набережная, стоявшая на берегу реки Тихая Сосна, как и тысячи подобных ей по всей России, осталась без мужского населения, если не считать стариков да мальчишек.

Жили надеждой на скорую Победу, на возвращение отцов и старших братьев с фронта. И осень ждали в каждой семье от родных людей добрых весточек. А они приходили редко, а то и не приходили вовсе. В тот тяжелый 1941 год, не менее легкий 1942 мотыльками сгорали многие тысячи жизней русских ратников, среди которых были и пахари из деревенек, раскинувшихся на берешгу реки.

ДЕТИ войны росли быстро. В 16 лет Николай умел выполнять всю крестьянскую работу: пахать на волах, косить крюком рожь, ухаживать за скотом, плотничать. Изнурительная, без выходных, работа, голод и холод в течение нескольких лет не сломили паренька, наоборот, закалили.

11 сентября 1944 года Нико­лаю исполнилось 18 лет. Война громыхала далеко на западе, откатываясь туда, откуда и пришла: Отправляя сыновей в неизвестность, матери надеялись, что к тому времени, когда их детей обучат военному делу, враг будет повержен. До Победы, действительно, оставалось совсем немного — счи­танные месяцы, но сколько еще жизней унесет она, в том числе из призыва 1926 года рождения.

В действующие войска небольшого росточка боец Николай Тимохин прибыл в разгар Яссо-Кишиневской операции. И сразу попал в пекло боев. Разведчик-мотоциклист за сравнительно короткий промежуток времени зарекомендовал себя храбрым воином. Но его солдатское счастье было не таким уж и долгим. В одном из боев уже на территории Венгрии он получил тяжелейшее ранение, выбившее его навсегда из боевого строя.

К тому времени, когда военные медики поставили нашего героя на ноги, война закончилась.

Затем долгая дорога к родному дому, восстановление разрушенного лихолетьем общественного хозяйства. Николай Михайлович стал строителем и занимался своим любимым делом долгие годы. Сейчас инвалид войны по-прежнему живет в родной деревеньке. Словно вода сходит в реках после половодья, так и силы ушли. А давно ли выходил на луг и часами, не разгибая спины, орудовал литовкой, заготавливая сено для коровы и другой живности крепкого подворья?! Сейчас же поход в недалекий от дома магазин утомителен. Но старый солдат старается не поддаваться времени и держится молодцом. Думает в сентябре собрать под крышей дома всю родню и отметить по-деревенски свой юбилей — 80-летие.

П. ИВАНОВ.

_________________________________________________________________________________

К 60-летию Великой Победы

ДОРОГИ ЭТИ ПОЗАБЫТЬ НЕЛЬЗЯ

Свое 85-летие Андрей Дмитриевич Гришин отметил дома в кругу родных и близких. Поправить с юбилеем приехали дети с вилками. За праздничным столом звучали тосты. Отцу и деду желали благополучия и здоровья. До слез растрогался старый. Перед глазами как бы прошла вся жизнь. Все было в ней: и радости, и огорчения. Но в какой бы ситуации не находился, ничего не могло сломать этого сильного духом человека, не находился, ничего не могло слома добавим: старого солдата, прошедше­го дорогами войны всю Великую Отечественную.

Детство и юность Андрея прошло в деревне Рог. В семье было двенадцать детей. Работать начал рано. Принимал участие в уборке хлеба, заготовке кормов. Отец, колхозный конюх, часто брал в ночное. Андрей полюбил животных. А тут узнал, что служить будет в кавалерийском полку Дальневосточного военного округа. На дворе стоял 1939 год.

НЕСКОЛЬКО дней поезд везло места назначения. А вот и незнакомый загадочный край. Как он встретит, как сложится служба? Вместе с такими же молоденькими безусыми ребятами его разместили в казарме. Только устроились, последовала команда строиться. Командир полка ввел бойцов в курс дела. Отметил, что им повезло, так как попали в элитный вид войск. Ему, старому «рубаке» времен Гражданской войны, все еще казалось, что и в век техники кавалерия представляет собой большую ударную силу. Андрею достался породистый орловский рысак, который быстро привык к новому заботливому хозяину. Учения проходили ежедневно как на открытой местности, так и в сопках. Часто устраивались смотры.

Однажды по личному указанию прославленного полководца, главного кавалериста страны С. М. Буденнова прибыла делегация в составе нескольких старших офицеров. Высоким чинам было о чем доложить Семену Михайловичу — выучка лихих всадников произвела большое впечатление. Здесь, на востоке страны, воины оттачивали боевое мастерство, готовясь к отражению потенциального противника. Было уже неспокойно. Японцы постоянно забрасывали разведчиков с целью выяснить: насколько надежны наши границы, смогут ли красноармейцы противостоять «самураям»? Чаще всего непрошеных гостей задерживали. Потом пленные рассказывали, что Советам должны вот-вот объявить войну. Но, как показало время, главная опасность для нас тогда исходила с запада…

После нападения Германии на нашу страну полк, в котором служил Андрей Дмитриевич, еще продолжал выполнять свои зада­чи на восточных рубежах Отечества. И лишь спустя несколько месяцев, когда враг почти вплотную подступил к Москве, их в спешном порядке перебросили на защиту столицы. Приказ «Ни шагу назад!» был святым для бойцов.

— Кавалеристы внесли свой вклад в разгром немцев, — считает Андрей Дмитриевич. — Все мы тогда больше думали о Родине, а потом о себе. Много нашего брата полегло в тех кровопролитных боях. Но мы выстояли и победили.

Да, победа под Москвой далась большой ценой. От полка в живых остался от силы взвод, да и то многих контузило, ранило. В одном из боев вражеский осколок попал в нашего земляка. Чудом остался жив. Уже в госпитале после операции врач скажет: «Ты, браток, видать, в рубашке родился, долго жить будешь.»

Три месяца лечили Андрея Дмитриевича, а когда пошел на поправку, его направили в артиллерийскую часть. Через некоторое время стал командиром орудия. Сражался под Брянском и Орлом — недалеко от родительского дома. Ох, как хотелось увидеть, обнять мать, младших братишек и сестренок, невесту Наташу. Но домой не пустили, и тогда он писал родным письма. Дал знать о себе и любимой девушке — какие только теплые слова не нашел для нее! Та отвечала взаимностью, обещала ждать своего Андрея.

Так уж получилось, что отважному защитнику Москвы пришлось грудью стоять и за Сталинград. Враг, потерпевший несколько сокрушительных поражений, связывал большие надежды с этим сражением, от которого в немалой степени зависел весь исход войны. Немцы сосредоточили здесь десятки отборных дивизий. Гитлер на весь мир заявил: «Сталинград падет!». Но город на Волге выстоял. Фашисты были разбиты. Наши воины проявили чудеса храбрости, в том числе и Андрей Дмитриевич. Его орудие подбило танк. За это он награжден медалью «За боевые заслуги».

В составе 4-го Украинского фронта боевой расчет сержанта Гришина принимал участие в сражении за Севастополь. В результате трехдневных боев наши прорвали оборону немцев и штурмом овладели крепостью и важнейшей военно-морской базой на Черном море. Там ликвидировали последний очаг сопротивления немцев в Крыму

— Никогда не забуду 12 мая э 1944 года, — продолжает Андрей Дмитриевич. — Это день разгрома 200-тысячной армии против­ника. Пять раз Москва салютовала нашим войскам!

Не вычеркнуть из памяти в земляка и освобождение стран Восточной Европы. Как братьев, встречали русских солдат в Чехословакии, которая несколько лет находилась под игом иноземных захватчиков. После окончания войны Андрей Дмитриевич попал на Западную Украину. Здесь поднимали голову бендеровцы. Почти год ушел на ликвидацию пособников фашистов.

В свою деревню Рог Андрей Дмитриевич попал в 1946 году. Любимого дождалась Наташа. Сыграли скромную свадьбу. Он построил дом, посадил сад. Жена родила ему четверых детей. До самой пенсии работал в совхозе строителем. Его руками возведены многие объекты соцкультбыта, жилье для сельчан. Долго держал в хозяйстве лошадку — сказывалась давнишняя привязанность к этим животным. А как ему живется сейчас?

По словам Андрея Дмитриевича, государство проявляет заботу о таких, как он. Получает он 3 тысячи 400 рублей пенсии. Ее вполне хватает, еще внукам на гостинцы перепадает. В доме — газ, тепло. Деревня неплохо обеспечивается продуктами питания. Неудобства? Да, и они есть. Вышел из строя водопровод. Когда его отремонтируют — никто толком не знает. Давно «пробивает» установку телефона — одни обещания. Правда, он пользуется сотовым, но хочется, как говорит, иметь «настольный». То, о чем мы рассказали, это лишь штрихи к портрету Андрея Дмитриевича Гришина — замечательного земляка, единственного в деревне Рог из оставшихся в живых участников Великой Отечественной. Низкий поклон тебе, ветеран!

М. МАЛИНИН.

НА СНИМКЕ: А. Д. Гришин.

Фото В. САМОХИНА.

ОТ РЕДАКЦИИ. Когда этот материал готовился к печати, нам позвонил глава администрации Грызловского сельсовета И. В. Малютин. Сообщил, что в ближайшее время водопровод в деревне Рог приведут в порядок. Также будет решен вопрос с установкой А. Д. Гришину телефона, но последнее слово за нашим главным связистом района А. Н. Лукашо-вым. Мы надеемся, что Александр Николаевич пойдет навстречу ветерану. Это будет хорошим подарком ему к 60-летию Победы.

_________________________________________________________________________________

Защитники земли русской: к 60-летию Орловско-Курской битвы

ОПЯТЬ В ПОХОД, НО БЕЗ ШИНЕЛИ

Бывший вояка из Стрельца Алексей Трофимович Бельских получил приглашение от совета ветеранов пятой Гвардейской артиллерийской дивизии резерва главного командования на встречу по случаю 60-летия Орловско-Курской битвы. На семейном совете долго решали: ехать на встречу или нет? Решающее слово осталось за Алексеем Трофимовичем.

— Может, это последняя моя встреча с побратимами, — заявил он твердо домочадцам и начал неспешные сборы.

НОЧЬ перед отъездом выдалась бессонной, одолевали воспоминания о прошлом.

Начало войны… Разве думали они жарким летом 1941 года, что враг так быстро окажется в центре страны, переступит порог домов стрельчан. Врага вскоре выбили из села. Немой свидетель жестокости боя — памятник воинам, погибшим за его освобождение. Но еще долго село Стрелец было прифронтовым. Здесь проходила одна из линий обороны, здесь формировались и пополнялись воинские части, проходили обучение молодые бойцы. Нередко в небе над селом завязывались неравные схватки (враг в то время господствовал в воздухе), и падали на землю с высоты краснозвездные «ястребки», как подбитые птицы.

Алексей Трофимович встал рано и, не потревожив сладкий утренний сон близких, пошел к автобусу, идущему в Казинку. Немногие из пассажиров этого раннего рейса удивились столь необычному попутчику, одетому в выходной костюм с боевыми наградами. И долго смотрели ему вслед, когда тот, выйдя за околицей села Войсковая Казинка, пошел полевой дорогой, ведущей в Чернаву.

Алексей Трофимович решил добраться до этого населенного пункта пешком, захотелось ему пройти дорогами юности. Именно по ним перед войной он хаживал на знаменитые в те времена Чернявские базары.

Вдоль грунтовки стеной стояли и радовали глаз наливающиеся соками земли хлеба. От Казинки до Чернавы семь верст пути и все полями вдоль лесополосы. Тогда, в 43-ем, лесополосы не было. Но вот так же стояли вдоль разбитой военными обозами дороги неубранные хлеба, так же светило солнце. А они со скатками шинели за плечами шли, как он сейчас, на запад, туда, где небо озарялось по ночам заревом пожаров.

Незаметно в раздумьях дошел до Чернавы, по мосту преодолел быструю в этих местах реку Сосну. А вот и базарная площадь с церквушкой. Тишиной встретила она, без людской разноголосицы, ржанья лошадей, птичьего гама. Вce это теперь в прошлом.

Подошел автобус, следующий до города Ливны. Он везет ветерана все ближе к полям былых сражений, где ждет волнительная встреча с боевыми товарищами, к дорогим могилам погибших фронтовых друзей.

От станции Змеевка до станции Поныри добирался поездом. В вагоне вместе с ним оказались еще двое фронтовиков, участвовавших в Орловско-Курской битве. Смотрели в окна, стараясь угадать места, где когда-то стояли стеной на пути врага. Но природа залечила нанесенные войной раны. На месте, где чер­нела изрытая взрывами авиабомб, снарядов и мин земля с застывшими на ней в нелепых позах сожженными танками и бронемашинами, теперь колосились хлеба.

На конечной остановке их уже ждали и сразу же повели в столовую на «фронтовой обед». Алексей Трофимович уже бывал на встречах ветеранов своей дивизии. Но сегодня в связи с юбилеем — 60-летием битвы — их, фронтовиков, было значительно больше. Ведь на Огненной дуге сражались бойцы всех родов войск. Надо отдать должное хозяевам-курянам. Они позаботились о том, чтобы бывшие фронтовики не испытывали никаких неудобств. Автобусами их привезли к местам боев. Алексей Трофимович побывал там, где стояли орудия его батареи, на поле, где произошло танковое сражение. Сколько их брата-воина здесь полегло! Вон сколько памятников павшим в жесточайших боях. У каждого останавли­вались, возлагали живые цветы и венки.

В юбилейных торжествах принимало участие очень много народа. Целый день продолжался большой праздничный концерт. А в 23 часа небо озарилось разноцветными огнями артиллерийского салюта. Заблестели от слез глаза стариков. Что думали, о чем вспоминали, что видели в этот минуты они?

Алексей Трофимович, глядя на рассыпающиеся в небе шары, слыша гром артиллерийских орудий, как бы вновь оказался в далеком 1943 и увидел поле брани с горевшими на нем танками, обугленными колосьями и полегшими среди них вчерашними жнецами, простыми русскими парнями.

Возвращался А. Т. Вельских домой той же дорогой памяти. Шел полевым путем не спеша, с глубоким чувством исполненного долга. В небе плыли редкие облака и так же клонились друг к другу упругие хлебные колосья. Земля, умытая прошедшим дождем, источала свой ни с чем несравнимый запах. В лесополосах неугомонные птахи о чем-то спорили на своем птичьем языке. И так хотелось жить и видеть всю эту красоту…

В. БЕЛОЛИПЕЦКИХ. с. Стрелец.

НА СНИМКЕ: А. Т. БЕЛЬСКИХ.

Фото В. САМОХИНА.

_________________________________________________________________________________

О героях былых времен

…А РОДИНУ СБЕРЕГ

Верный воинскому долгу Андрей Дешин из д. Котово выполнил приказ и сохранил десятки жизней однополчан. За это ему присвоили звание Героя Советского Союза посмертно.

Лидия Ивановна Антонова из некогда большого рода Дешиных, живет одна-одинешенька в избе, стоящей на отшибе умира­ющей деревеньки Котово. Про­сторный, по деревенским меркам, пятистенок плохо держит тепло, особенно когда на улице беснуется ветер. Старые деревья в такую погоду скрипят, нагоняют тоску и воспоминания. Перед глазами встают лица дорогих людей: родителей, сестер, братьев, односельчан, которых давно нет на белом свете.

Не думала, не гадала Лидия Ивановна, что в старости ей придется жить одной в этой холодной, топи — не топи, хате. Был бы жив любимый брат Андрей, он точно не оставил бы ее один на один с бедами. Но не довелось ему обзавестись семьей. Его жизненную нить в сентябре 1943 года на берегу реки Десны перебил осколок немецкой авиабомбы.

Каким был ее брат? Для нее — самым красивым, самым ловким и смелым. Помнит она, когда в их доме в одно из предвоенных жарких лет случился пожар, взрослые в это время находились в поле, а Андрюшка бросился через горящие сени в избу и спас малолетних сестренок — Раю, Лиду и братика Ивана.

А когда фашисты без объявления войны на страну напали, ушел Андрей землю родную защищать. Ему тогда только 17 годков исполнилось. Это потом из рассказов однополчанина Петра Калугина родные узнали о ратных подвигах дорогого человека.

Петр Григорьевич с Андреем вместе учились на связистов, вме­сте приняли боевое крещение в ноябре 1942 года у села Никольское Орловской области. Пришлось друзьям побывать в пекле боев на Курской дуге, где держали про­водную телефонную связь между стрелковыми частями и артиллерийскими дивизионами. Оба тогда были удостоены первых медалей «За отвагу».

Петр был свидетелем и последнего подвига, совершенного Андреем. Это случилось 16 сентября на Черниговщине, около села Заметнево, где в сложнейшей ситуации оказался один из стрелковых полков. Фашистская пехота при поддержке тяжелых танков пошла в наступление с целью ликвидировать плацдарм, сбросить его защитников в Десну. Для обороняющихся нужна была срочная артиллерийская поддержка. Но наши батареи, расположенные на другом берегу, не могли оказать ее вслепую. Нужна была связь. И ее взялся проложить Андрей. Никакие средства переправы — лодку или плот, невозможно было использовать. Водная гладь реки простреливалась пулеметно-минометным огнем. Вот когда пригодилось бойцу умение хорошо плавать и нырять. Андрей проложил нитку провода по дну реки и связал телефонной связью пехотинцев с артиллеристами.

Спустя несколько дней, 21 сентября, уже южнее Чернигова, у села Количевка, брат снова повторил свой подвиг, вновь переплыл Десну и связал телефонной связью артиллеристов с пехотинцами, продвинувшимися в глубь немецкой обороны и оказавшимися в полукольце превосходя­щих сил врага. Но сам Андрей во время жестокой бомбежки погиб. Его похоронили в селе Количевка артиллеристы дивизиона.

Лидия Ивановна вспоминала, как еще в советское время она ездила на могилу брата. Ее встречали в селе как родную. Одна из улиц Количевки названа в память брата — Героя Советского Союза Андрея Дешина.

Как хочется вновь посетить дорогую могилу! Но, видно, мечтам ее уже не сбыться. Украина теперь совсем не та братская республика, а чужая страна. Вот уже памятники Ленину все поснесли. Как бы до захоронений советских воинов не добрались. Ведь теперь их считают не освободителями, а оккупантами. Мучают ее эти мысли, не дают покоя.

Сама уж как-нибудь доживет век с Божьей помощью. Да и мир не без добрых людей. Ребятишки из Стрелецкой школы вместе со своими наставниками осенью с огородом помогли управиться, работники центра соцзащиты населения дровишки для ненасытной печки заготовили, кое-какие старые деревья, угрожающие ее жилищу, спилили. Пенсия-минималка, правда, крошечная, на нее не пошикуешь. Но времена были куда тяжелее, чем нынешние. Главное, чтобы не было войны.

Леонид ПЕТРОВ.

Фото Татьяны КИРИЧЕНКО и из семейного архива.

От некогда большой семьи Дешиных в живых осталась только младшая сестра Героя-земляка — Лидия Антонова.

Андрей Дешин с детства готовил себя к подвигу: играл со сверстниками в «войнушку», научился хорошо плавать, не страшился тяжелого и физического труда

_________________________________________________________________________________

В СТРЕЛЬЦЕ ОТКРЫТ МЕМОРИАЛ СЛАВЫ

НаканунеВеликой Победы в селе Стрелец состоялось открытие мемориала Славы в честь не вернувшихся с фронтов Великой Отечественной войны солдат. Он возведен на народные деньги.

Как отметил сын погибшего в Великую Отечественную войну красноармейца и один из авторов проекта обелиска Владимир Белолипецких, неважно, кто сколько средств пожертвовал из семейного бюджета, главное, их давали от чистого сердца.

На открытие обелиска пришли, как говорят, и стар, и млад. Разве мог остаться в такой момент дома участник Великой Отечественной войны Алексей Трофимович Бельских? Он пешком преодолел расстояние до площади Памяти.

Алексей ушел на фронт добровольцем и прошел боевыми дорогами от родной Орловщины до Берлина. Он — участник боев на огненной Орловско-Курской дуге. Их артдивизион держал оборону возле станции Поныри, где произошло невиданное по своим масштабам и ожесточенности танковое сражение. Ветеран — частый гость на школьных мероприятиях. И в этот раз он находился в кругу детей (на снимке). Ему есть что рассказать, чем поделиться.

Фото Виктора Самохина.

_________________________________________________________________________________

Солдаты Победы

ДОЛГИЕ ВЁРСТЫ ВОЙНЫ

Ушедший добровольцем на фронт Алексей Бельских принимал участие в защите и освобождении родной Орловщины, освобождал страны Западной Европы, штурмовал Берлин.

К своим 85 годам житель села Стрелец Алексей Трофимович Бельских подошел в завидной для такого возраста форме — бодрым и подтянутым и, по его выражению, с хорошей головой. Он помнит номера воинских частей, в составе которых воевал, название крупных населенных пунктов, которые отбивал у врага.

Семнадцатилетним парнишкой, сразу после освобождения села от оккупантов, вместе со своими друзьями Григорием Филатовым, Никонором Голощаповым, Иваном Трубицыным, приписав себе лишний годок, ушел на фронт добровольцем. Молодые парни рас­считывали, что их сразу направят в действующую часть. Но вначале был сборный пункт на станции Хоботово, что на Тамбовщине, ускоренные курсы молодого бойца. С товарищами расстался на долгие годы.

Всем четверым повезет остаться в живых. Они встретятся уже в 1947 году, когда Алексей Трофимович вернется на свою малую родину.

Бог не обидел стрелецкого паренька ни ростом, ни силой. Его определили в 540 артиллерийскую бригаду, ставшую позднее гвардейской. Она была сформирована в Ефремове. Воинская специальность Алексея — связист. Вот когда пригодилась и крестьянская выносливость, и силушка, ибо катушки с телефонным кабелем — нелегкая ноша. Для фашистов связист, тянувший телефонный кабель по чистому полю к наблюдательному пункту, — заманчивая цель. Охотились за ним и снайперы, и пулеметчики с минометчиками. Так что значительную часть боевого пути от Ливен до Берлина, по признанию ветерана, он преодолел ползком — по-пластунски.

В конце января 1942 года сформированную бригаду подняли по тревоге. И не предполагал молодой боец, что первая военная дорога проляжет через дорогие сердцу родные места Орловщины. Их часть направлялась под Ливны, где в то время велись тяжелые бои. Конечно, очень хотелось ему хоть на короткое время заглянуть домой, повидать родителей, сестер Анастасию и Ольгу. Но боязнь отстать от своей части, быть причисленным к дезертирам, удерживала.

Вначале 1943 года длившееся чуть ли не целый год противостояние наконец-то было нарушено. Утром 26 января гвардейские минометные части и артиллерия открыли сплошной огонь по расположению противника. За десять дней наши войска продвинулись в глубину от 100 до 180 километров, освободив от немецких войск более 600 населенных пунктов. Были полностью освобождены от врага соседние Тербуны и Воловский район и ликвидирована угроза вторичной оккупации наших сел и деревень.

Алексей Трофимович видел, в каком состоянии оставили после себя фашисты освобожденную ими деревню Мишинка, села Моховое, Колпна, город Малоархангельск. Все было разрушено и сожжено. Им тогда негде было разместиться, чтобы обогреться, отдохнуть, ибо за две недели боев были совершенно измотаны.

Потом до самого июля 1943 года вновь были позиционные бои. Ни наши, ни немцы не пыта­лись перейти в наступление. Но то, что на фронте должно произойти что-то масштабное, догадывались даже они, рядовые труженики войны. Шла перегруппировка частей, пополнение людьми и техникой, возводились запасные позиции. Их артиллерийская бригада стояла под Понырями, теми самыми, где позже произошло невиданное до этого танковое побоище.

Алексей Трофимович потом не раз наведывался туда и даже брал с собой младшего 8-летнего сына. Время залечило раны земли. Уже невозможно было определить место, где располагались позиции артиллеристов, их наблюдательный пункт.

Они тогда сдержали натиск отборных немецких танковых дивизий, обескровили врага и погнали с родной земли. Это в их честь по случаю победы на Орловско-Курской дуге салютовала Родина.

Вместе со своей бригадой наш земляк освобождал Брянщину, форсировал Десну и Днепр, воевал под Бобруйском и Ковелем. Был праздник в душе, когда они вышли к государственной границе. Участвовал в боях по освобождению Польши. Видел солдат, что делали фашисты с людьми, когда побывал в концлагере Майненал.

В январе 45-го советские войска форсировали Одер. Есть в семейном альбоме фронтовика памятная фотография того времени. Он, бравый боец, вместе с несколькими однополчанами сфотографирован на фоне полуразрушенного здания, на стене которого видна надпись: «Вперед, чудо-богатыри! До Берлина 55 километров».

А потом был штурм столицы, тяжелые уличные бои. 27 апреля группа бойцов, в которой находился Алексей Трофимович, попала под обстрел фанатиков-«фаустников», засевших в домах. Осколками разорвавшегося фаустпатрона он был ранен. Можно сказать, война для кавалера ордена Красной Звезды, многих медалей, в числе которых «За отвагу», на этом и закончилась.

Домой вернулся в 1947 году. Приглядел себе жену Александру из простой, как и он сам, многодетной семьи. Всякая работа в руках Алексея Трофимовича и Александры Яковлевны спорилась, все они могли делать. Хозяин почту со станции в село доставлял, хозяйка на птицеферме трудилась. Затем он работал связистом, заведующим фермой, она — телятницей, свекловичницей.

Старость их согрета теплом самых близких — детей, внуков. А что может быть дороже этого для людей, проживших большую нелегкую жизнь.

Леонид ВОСТРИКОВ.

Александра Яковлевна и Алексей Трофимович Бельских прожили в любви и согласии 60 лет.

Фото Леонида ВОСТРИКОВА.

_________________________________________________________________________________

Дети войны

«ТЫ В СЕРДЦЕ МОЕМ ВСЕГДА»

Я, как и многие тысячи ребятишек военного лихолетья, не дождался с фронта отца — Николая Ивановича Белолипецких.

Я не помню его лица, ибо мне не было и года от роду, как его призвали Родину защищать. Все, что осталось в память о нем, так это несколько пожелтевших фотографий того времени, когда он служил действительную перед самой войной, и выцветшие, уже плохо читаемые письма. Каждое из них проникнуто любовью к маме и к нам, двум его малолетним сыновьям.

Наверное, по отсутствию ответов на свои письма отец догадывался, что мы находимся на оккупированной немцами территории. В это время в нашей деревенской хате, действительно, хозяйничали захватчики. Обобрав население, они устроили пир в хатах. Мы, одурманенные запахами жареного мяса, осмелились подойти поближе к столу, что немцам явно не понравилось. Мать от греха подальше посадила нас на печь. Но голод не тетка. И если старший брат Валентин, молчал, то что было взять с меня, полуторагодовалого малыша, — я плакал, просил есть.

Мой плач, видимл, надоел одному из фрицев. Поднявшись из-за стола, он влепил мне тяжелую оплеуху, Мама потом рассказывала, что ей показалось, что немец просто убил меня, так как я какое-то время не подавал признаков жизни.

Не буду рассказывать, как мы пережили войну, как одолевали нас болезни, холод и голод. Мы ложились вечером в постель с мыслью о еде и просыпались с ней же.

 «Вот вернется отец с войны, — тешила нас надеждой мама, — будет в доме много еды». И читала нам письма с фронта, которые она знала уже наизусть.

Представляю состояние отца, не видевшего семью с ноября 1939 года. Он служил в г. Гвоздиец Станиславской области, был командиром расчета 45-миллиметрового орудия, этакой маленькой пушечки, прозванной артиллеристами «прощай. Родина», ибо по калибру и дальности стрельбы уступала немецким танковым орудиям.

Если судить по немногим письмам отца, прошел он тяжелыми дорогами отступления путь до г. Воронежа. В последнем письме наш родной человек сообщал, что находится не так уж далеко от родного дома, в г. Харьков, просил за него не волноваться, беречь деток. Уже завершив послание словами «ваш супруг Николай Иванович Белолипецких», сделал приписку: «Маруся, передавай привет Федору с его семьей и остальным родным. Мне угрожает смерть. Но я все не забываю, что вы мне карточку свою не могли прислать».

Видимо, отцу очень хотелось, чтобы хотя бы на фото его семья была рядом с ним в смертельную минуту.

Мы, как и многие земляки нашего села Стрелец, не дождались с фронта своего защитника и кормильца. Мама получила «похоронку», в которой было написано, что ее муж, сержант Красной Армии Николай Иванович Белолипецких погиб смертью героя на харьковском направлении.

Став взрослыми, мы стали искать место захоронения. Из отдела учета персональных потерь сержантов и солдат Советской Армии Подольского архива, куда обратились, сообщили: командир отделения 807-го стрелкового полка, 304-й стрелковой дивизии, сержант Николай Иванович Белолипецких 1917 года рождения, погиб 5.02.1942 г. Похоронен в с. Волхов-Яр Харьковской области.

Мы побывали на могиле отца. Братское захоронение с мемориальными досками Находится и центре села. На нем установлен скульптурный памятник «Скорбящий воин с венком». В длинном списке погибших есть и фамилия родного нам человека.

Владимир БЕЛОЛИПЕЦКИХ, сын не вернувшегося с войны солдата.

с. Стрелец.

Владимир Белолипецких бережно хранит письма с фронта и фотографии отца.

_________________________________________________________________________________

Защитники земли русской

«КАК МАТЬ ЛЮБИЛИ МЫ ОТЧИЗНУ»

«Воевали мы не ради славы, а ради жизни на земле, » — так просто и емко П. П. Фомин ответил на мой вопрос о том, что им, участникам Великой Отечественной, помогало переносить все тяготы и лишения солдатской жизни.

Если откровенно, на войне было страшно, особенно вначале. Ведь многим из нас было по 18-19 лет, и войну мы представляли в несколько ином свете. И вдруг увидели ее воочию: кровавую, пожирающую человеческие жизни. Случалось, что в адском пепле разрывающихся снарядов молоденькие бойцы не скрывали слез и кричали «мама». Но то был страх временный, вызванный отсутствием боевого опыта, которого мы со временем набрались.

Сам Петр Павлович повзрослел рано. С детских лет, а родом он из де­ревни Первая Набережная, трудился в поле, помогал родителям заработать на кусок хлеба.

…Особенно запомнились земляку бои на Курско-Орловской дуге. С немецкими Тиграми» и «Пантерами» сражаться приходилось нелегко.

— Эти танки, — продолжает он, — представляли собой грозную силу. И не верьте, когда кое-кто утверждает, что уничтожить их не составляло труда. Неправда. У этих машин была настолько крепкая броня, что часто приходилось идти на всякие хитрости, чтобы поджечь танк.

Не вычеркнет из памяти ветеран  и кровопролитные сражения на многострадальной земле Белоруссии и Украины. Командовал взводом, ротой. В составе своего подразделения старший лейтенант Фомин освобождал Польшу и Чехословакию.

Вдоволь хлебнули горюшка и слез наши ветераны. Но все бы ничего, если бы не любимая страна, которой они отда­ли так много сил и здоровья. К сожалению, в преклонные годы им приходится жить «на передовой». Высокие цены буквально на все не дают расслабиться ни на минуту. А взять бытовые услуги. Ветерану пришлось более трех лет «воевать», чтобы в его доме наконец-то установили телефон. Да и вообще, как считает Петр Павлович, отношение к ним нынче часто просто равнодушное. Давно его не приглашали на какое-нибудь мероприятие в культучреждение, а он бы не против встретиться с людьми — вспомнить, рассказать ему есть о чем. Да и приходу школьников был бы рад. И еще одна грусть-печаль не дает покоя…

— Болит душа за молодежь, — говорит он. — Ей еще жить и жить, а как, если везде безработица. В советское время за тунеядство к ответу привлекали, а ныне на это не обращают внимание. Отсюда преступность, пьянство, которое «захлебнуло» наши деревни. Неужели так безразлично будущее России?

Петр Павлович всю жизнь работал в тогдашнем совхозе «Мирный труд» строителем. Его руками построены многие объекты соцкультбыта, жилые дома для сельчан. Сейчас ему вот уже восемьдесят четыре года.

— На шестидесятилетие Победы, — в конце нашего разговора признался он, — надену костюм, на котором уже прикрепил два боевых ордена — «Отечественной войны» и «Красной звезды», десяток медалей, и обязательно встречусь с товарищами по оружию. Ну и, как полагается, выпью свои фронтовые сто граммов за нашу Победу, за всех, кто не жалел живота своего на полях Великой Отечественной…

М. МАЛИНИН, наш корр.

_________________________________________________________________________________