Стегаловское поселение

Николай Федорович Савин

С первого и до последнего дня на фронтах Великой Отечественной войны уроженец с. Стегаловка Н. Ф. Саввин (на снимке).

С июня 1941 и по сентябрь 1942 командир взвода сражался с врагом в составе 74 стрелкового полка 84 стрелковой дивизии на Северо-Западном фронте. Затем его часть была введена в состав Донского фронта.

Н. Ф. Саввин защищал Сталинград, где был ранен. Возвратившись в боевой строй, воевал в составе 2-го и 3-го Украинских фронтов в должности командира батареи.

За ратные подвиги капитан Саввин награжден двумя орденами Красной Звезды и двумя орденами Отечественной войны. В настоящее время живет в селе Стегаловка.

Фото В. САМОХИНА.

_________________________________________________________________________________

Нам года не беда, коль душа молода

Старый солдат не падает духом

У моего земляка, ветерана войны и труда Якова Морозова, юбилей — 90 лет со дня рождения

Прилегающая к аккуратному домику жителя села Стегаловка, ветерана войны и труда Якова Морозова, территория в образцовом состоянии. И этот порядок хозяин поддерживает сам, несмотря на возраст. 3 ноября Якову Дмитриевичу, по его выражению, «стукнуло» 90 лет. Мы посетили земляка в один из последних дней октября.

Небо в преддверии ненастья хмурилось, легкий ветерок срывал с деревьев последние листья, покрывая ими пожухлую, тронутую морозцем траву. Думали застать нашего юбиляра в теплой избе, а повстречали на улице. Старик отдыхал возле костерка, в котором сжигал собранные с примыкающей к дому территории упавшие с деревьев веточки, листву. Рядом лежали грабли, и стоял прислоненный к электрическому столбу спутник сегодняшней его жизни — костыль.

О чем думал Яков Дмитриевич, что вспоминал, глядя на угасающий огонь костра? Может, он ему напомнил босоногое детство и вот такой же костер, возле которого они, мальчишки, коротали время, когда им поручали пасти лошадей. А может, костер не коротком солдатском привале в роковые сороковые.

Всевышний подарил ему долгий век, сберег в военное лихолетье, позже — в дороге, когда много лет крутил баранку автомашины. Чем-то ведь он его заслужил. Наверное, лишениями, которые пережил в детстве и юности.

Он — второй ребенок в семье, а их, пострелят, у отца с матерью было шестеро. Родительница умерла, когда они еще не стали на ноги, и все заботы о младших легли на старшую сестру и его, Якова, плечи. Поэтому было особо не до учебы, нужно было кусок хлеба зарабатывать. К десяти годам мог он и лошадь запрягать, и за сохой ходить, и с косой-литовкой управляться.

Когда война началась, Якову пятнадцатый год шел. Для службы в армии не гож — малолеток, а вот для работы взрослых мужиков в поле — хлеба крюком косить, центнеровые чувалы с зерном на теле­ги грузить — как раз поспел. Рвали жилы, себя не щадили, лишь бы ворога побыстрее одолеть.

Вся тяжелая мужская работа лежала на них, неокрепших подростках, полуголодных и полуодетых. Кто на быках, кто на коровах и на непригодных для фронта лошаденках землю пахали, вручную крюками по гектару ржи косили, в Елец за всем необходимым пешком ходили. А ведь выдюжили. А фронт, переламывая человеческие жизни, требовал людских резервов. Подобрала война из их села парней 24-го года рождения, потом 25-го, а затем, уже ближе к своему исходу, и 26-го.

К тому времени наши воины уже шли освободительным походом по странам Европы, и уже не было нужды нашему командованию, как в первые два года, бро­сать в бой необученных юнцов, только что вставших в солдатский строй от сохи и станка. Поэтому и не пришлось 18-летнему Якову смотреть на фашистов через прицел своей винтовки. Но вот тянуть матросскую лямку на Тихоокеанском флоте ему пришлось долго — целых семь лет.

А потом было возвращение домой, учеба в школе механизаторов в г. Ельце, работа комбайнером в Большой Боевке. Большую часть своей трудовой деятельности прошоферил. Нравилось ему эта профессия, хотя легкой ее не назовешь. Так уж получилось, что не создал Яков Дмитриевич в свое время семьи, нет у него детей. Но не сказать, что он страдает от одиночества. Племянники навещают, соседи, есть у него добрая помощница в лице социальной работницы Ольги Саввиной, которую он старается не обременять дополни­тельными заботами о себе.

Из всех домашних дел главным для себя Яков Дмитриевич считает «пчеловождение» не из-за того, чтобы прибыль поиметь, — пенсия у него хорошая, — а ради своего удовольствия. Любит он наблюдать за жизнью насекомых — великих тружениц. И кажется ему, что, живи люди по принципу пчелиной семьи, царила бы во всем гармония.

РАИСА ХВОРОСТ, ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПЕРВИЧНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ВЕТЕРАНОВ ВОЙНЫ И ТРУДА С. СТЕГАЛОВКА.

Яков Дмитриевич Морозов, сидя у угасающего костра, вспоминает прошедшую жизнь. Легкой она не была.

ФОТО РАИСЫ ХВОРОСТ.

_________________________________________________________________________________

И глаза молодых солдат с фотографий увядших глядят

ОДИН БРАТ ВОЕВАЛ С ФАШИСТАМИ, ДРУГОЙ — С САМУРАЯМИ

Многие стегаловцы помнят своего земляка Николая Васильевича Хитрых, много лет воз­главлявшего агрономическую службу тогдашнего колхоза «Заря коммунизма». Помним его и мы, работники редакции, ибо был он нашим селысорром.

Николай Васильевич появился на свет в большой семье. У его родителей, Василия Даниловича и Веры Ивановны, было семеро детей. Когда началась Великая Отечественная война, они проводили на фронт сначала старшего сына. Степан Васильевич прошел фронтовыми дорогами до самой Германии. Отличился в боях при освобождении Белоруссии, Польши, за что награжден двумя орденами Отечественной войны и боевыми медалями.

Призванный в армию 30 ноября 1944 года второй сын, Николай, попал в учебный полк, где готовили по ускоренной трехмесячной программе младших командиров. По окончании курсов его с несколькими сержантами направили в полк, дислоцировавшийся на территории Монголии. Когда начались военные действия с Японией, командир отделения связи при роте автоматчиков принял участие в боевых действиях.

После капитуляции японской армии служил при комендатуре г. Порт-Артур. Вернувшись домой, многие годы трудился в должности главного агронома хозяйства.

Леонид ПЕТРОВ.

Вот таким бравым молодцом был Николай Хитрых из с. Стегаловка в период службы, в г. Порт-Артур. Фото из семейного альбома.

Полина Алехина из с. Дубовец (первая слева) фронтовыми дорогами дошла до Польши. Фото из семейного альбома.

_________________________________________________________________________________

Солдаты Победы

ТРЕВОЖИТ ПАМЯТЬ О ВОИНЕ

У фронтовика Алексея Прокофьевича Чемоданова из с. Стегаловка до сих пор в памяти события военного лихолетья

Есть категория людей, над которыми не властны годы, Алексей Прокофьевич относится к их числу. Узнав, что к нему корреспонденты приехали, оживился. Привычным движением причесал волнистые седые волосы. Вопросительно посмотрел потом вдруг вспомнил о пиджаке с наградами, который всю послевоенную жизнь заменял военный китель. Молодцевато привстал у кровати. Так и сфотографировали старого солдата с поздравительной открыткой в руках.

Алексей Прокофьевич бережет всю корреспонденцию такого рода. Послания руководителей страны, области перечитывает часто, считает, что это очень дорогая награда за ратный труд.

НА ПРОСЬБУ рассказать о войне, ветеран заметно разволновался.

Его фронтовой путь начался с сентября 1942 года в составе 6-й роты 1-го Украинского фронта. Пехотинцем прошел с боями от Полтавы, освобождая города и населенные пункты. Всего испытал в полной мере. Он помнит, как наступали на врага с криками: «Ура!», «За Родину!», «За Сталина!», неистово бежали вперед, забыв о страхе, о том, что вот мгновение, и пуля срежет тебя.

— У нас одежда не просыхала от пота и в жару, и в непогоду, — вспоминает наш герой. — Мы копали окопы до кровяных мозолей на ладонях от саперной лопаты, ползли по мокрой земле, изрытой воронками. И вмерзали зимой, прижимаясь к обледенелой поверхности, в ожидании команды: «К бою!»

Алексей Прокофьевич замолчал, тяжело вздохнув, словно обдумывая, что можно еще сказать о страшной године. Потом перевел взгляд на свои руки. На кисти одной из них сохранился след от тяжелого ранения. Пальцы так и остались скрюченными, навсегда лишив возможности работать физически.

Но это, оказывается, было не самое страшное. В одном из боев в конце войны Алексей Прокофьевич получил ранение в живот. Снаряд разорвался совсем рядом. Прижимая окровавленными руками ползущие наружу внутренности, спотыкаясь и падая, солдат двигался к медсанбату. Едва живого, метающегося в горячке бойца отправили в тыловой Череповецкий госпиталь.

Почти полгода провалялся он на госпитальной койке. Рана заживала плохо. Переводили в другие госпитали и снова возвратили в Череповец. А излечился окончательно в г. Ефремове родной Тульской области, где и встречал Победу.

После войны жил и работал в с. Лобаново Тульской области. Им с женой небольшую комнату выдали в доме барачного типа.

Детей не было. И пока были в силах, подправляли нехитрое жилье, ничего не просили у государства. Но настоящая беда пришла, когда у Алексея Прокофьевича умерла супруга. Он старался держаться, но силы медленно покидали израненное в тяжелых боях тело ветерана. Алексей Прокофьевич не мог уже больше заниматься ремонтом квартирки. Сначала пришла в негодность крыша, стены разрушили дожди. Невесть откуда взявшиеся крысы приспособили под свое жилье подполье.

Однажды к Алексею Прокофьевичу приехала сестра. Увидев, в каких ужасных условиях находится ее брат, забрала к себе в село Стегаловка. Так жили два пожилых человека, пока женщины не стало. И Алексей Прокофьевич вновь испытал острую боль. Куда он теперь? Как жить будет?

Но, к счастью, еще одна родная душа не позволила страдать ветерану. Племянница Татьяна Николаевна Саввина забрала старика к себе. Вот у нее в доме мы и отыскали старого солдата.

Татьяна Николаевна рассказала, что жилплощадь в ее доме небольшая. Приходят дети, внуки, а пожилому человеку нужен покой. Собрала она все справки, подтверждающие, что участник боевых действий и инвалид Великой Отечественной войны Алексей Прокофьевич Чемоданов никогда не жил в нормальных условиях, как того заслужил, отдав за свободу Родины свое здоровье. Но даже сейчас, когда жилье ветерану положено по закону, он продолжает жить у родственников. Пусть они замечательно к нему отно­сятся, но этот человек заслужил быть хозяином в доме, а не гостем.

Удастся ли Татьяне Николаевне решить жилищную проблему ее дяди Лени, прогнозировать не станем. А так хотелось, чтобы 65-ую годовщину Великой Побе­ды Алексей Прокофьевич встретил в своей квартире. День рож­дения у него 8 мая. И он будет праздновать 85-летие и День Победы.

Уважаемый Алексей Прокофьевич! Здоровья вам, оптимиз­ма, веры в день завтрашний, тепла и любви родных ваших и близких. Вы все это заслужили.

Нина СЕРГЕЕВА.

Фото автора.

Поздравительные открытки и телеграммы ветеран перечитывает по несколько раз.

ОТ РЕДАКЦИИ. Ситуацию попросили прокомментировать главу Стегаловского сельсовета Нину Трепалину. Она пояснила, что в данное время участник и инвалид войны А. П. Чемоданов живет у племянницы Т. Н. Саввиной по договору найма жилого помещения (9 кв. м. — 1 тыс. рублей). Уважаемый ветеран поставлен на очередь в сельсовете 19 февраля на получение жилья. Необходимые документы по этому вопросу переданы в отдел соцзащиты населения администрации района.

_________________________________________________________________________________

Разведчик

«А МЫ С ТОБОЙ, БРАТ, ИЗ ПЕХОТЫ…»

Деревенька Красное Утро Стегаловского сельсовета примыкает к автотрассе Елец-Долгоруково. Говорят, что данный населенный пункт основали переселенцы из деревни Хитрово нынешнего Грызловского сельсовета. По крайней мере, проживающий в Красном Утре ветеран войны и труда Павел Александрович Лыков считает, что его корни — в Хитрово.

Павлу Александровичу через месяц исполнится 85 лет. Возраст почтенный. На мир ветеран смотрит через сильные линзы очков. Впридачу, по его словам, стал глуховат. Но главное, как выразился старик, он в уме и памяти. А о событиях 63-летней давности рассказывал, словно они произошли вчера.

По выражению ветерана, война так глубоко запала в память, что не отпускает даже в сновидениях, хотя столько десятилетий прошло, разных событий…

ПАВЛА медицинская комиссия «забраковала» — парню требовалась операция. Только после выздоровления комиссия вынесла вердикт: «Годен к строевой».

В марте 1942 года новобранец познавал азы солдатской науки в запасном полку.

Два месяца грыз науку побеждать врага Павел Лыков. А потом был фронт, стрелковая рота и расчет ПТР — противотанкового ружья, в котором он был первым номером. Бронебойщиков с их длинным и тяжелым ручным средством уничтожения вражеской бронетехники называли «смертниками».

Немецкие танкисты знали, какую угрозу несет им расчет ПТР, а потому старались уничтожить его.

Павел Александрович вспоминает, что ничего страшнее налета фашистской авиации и ползущих на позиции танков врага на войне не бывает.

— Ведь многие из нас тогда, — вспоминает ветеран, — и тракторов в глаза не видели, а тут на твой мелкий окопчик ползет многотонная махина, изрыгающая огонь и грохот. Стреляешь в танк из своей бронебойки один, второй, третий раз, видишь даже, как . твои пули в него попадают, а он все ползет. Не у каждого нервы выдерживали. Некоторые бросали ружья и наутек. . А врагу того и надо.

Вот так же в одном из боев «скрестили шпаги» экипаж немецкого танка и расчет Павла Лыкова. Подпустил он тогда железную машину на прямой выстрел, выждал, когда, объезжая воронку, подставила она бок, и всадил в него пяток бронезажигательных пуль. Машина загорелась.

ПЕРВАЯ победа над врагом была отмечена медалью «За отвагу». Тогда, в 1942 году, командование наградами не разбрасывалось. Чтобы заработать медаль, требовалось совершить подвиг.

В одном из боев паренек был ранен в руку. Лечение в прифронтовом госпитале и снова — передовая. На дворе уже стояло лето 1943 года.

Павел воевал в новой для себя должности, Он — командир взвода так называемой «пешей» разведки.

Фашисты затевали летнее наступление. Нужны были разведданные об их планах. Во главе разведгруппы ночью наш земляк перешел линию фронта. День прождали по горло в воде в каком-то болоте, наблюдая за передвижением войск, а ночью вновь отправились на поиск «языка». Помощь группе оказывал проводник из местных жителей. Возле безымянной речушки натолкнулись на группу немецких саперов. Они занимались строительством моста, и не какого-то легкого и временного, а добротного, способного выдержать тяжелую технику, в том числе и танки. В короткой схватке разведчики уничтожили застигнутых врасплох фашистов, а их командира привели в свое расположение. Видно, ценные сведения дал пленный, если всех разведчиков представили к награде. Молодой командир группы был удостоен ордена Красного Знамени.

Под Курском фашисту окончательно сломали хребет, и война стремительно покатилась на запад. Освободительными походами командир взвода разведки прошагал через Белоруссию и страны Западной Европы до самого логова врага.

БЫЛО еще немало удачных и неудачных вылазок в тыл врага, были потери боевых друзей, да и его самого однажды достал вражеский свинец. Раненного в обе ноги, его доставили разведчики в медсанбат.

В Белоруссии смерть дохнула в лицо, когда вражеская группировка сделала попытку вырваться из окружения. Чтобы не допустить этого, командование бросило в бой все резервы, в том числе и взвод разведки. Враг не считался с потерями, его танки смяли первые две линии обороны и ворвались на окраину села. Вот здесь командиру взвода пригодилась первая воинская профессия бронебойщика. Расчет ПТР был убит. Павел подобрал противотанковое ружье и из окна деревенской избы стал расстреливать прорвавшийся в населенный пункт немецкий танк. Ему удалось перебить гусеницу и остановить машину. Но экипаж успел засечь бронебойщика и послать в его сторону болванку. Она пролетела рядом, пробив деревянную стену избы и разрушив печь. За мужество и отвагу, проявленную в этом бою, лейтенант Лыков был награжден орденом Красной Звезды.

Павел Александрович хорошо помнит тот день, когда посыльный из штаба принес долгожданную и радостную весть о капитуляции фашистской Германии. Впервые командир и его подчиненные расстреливали диски автоматов от избытка чувств не по цели, а просто в воздух.

Но на свою малую родину П. А. Лыков вернулся только спустя 10 месяцев после Победы. Здесь ждали разрушенное войной общественное хозяйство, недород первого послевоенного года. За командирскими должностями на протяжении всей своей мирной жизни ветеран войны не гнался, трудился поначалу там, куда пошлют, то есть по наряду, затем — в животноводческой отрасли.

Вместе с супругой Александрой Павловной, свекловичницей колхоза «Заря коммунизма», они подняли на ноги четверых сыновей и дочку. Дети давно живут своими семьями: кто в столице, кто — в Ельце, но родителей своих не забывают, навещают. Старики ждут очередного их приезда ближе к майским праздникам. Вот уж будет радость!

Л. ВОСТРИКОВ.

НА СНИМКЕ: командир взвода разведки ветеран войны и труда П. А. Лыков.

Фото В. САМОХИНА.

_________________________________________________________________________________

В ТРАВИНКЕ ПРОРОС И В КРУПИНКЕ ЗЕМЛИ, ЧТО ДО САМЫХ ЗВЕЗД

Нашего земляка Гаврила Петровича Рыбина, погибшего в годы Великой Отечественной войны и считавшегося пропавшим без вести, долго искали родственники. И только недавно удалось установить, что прах покоится в братской могиле на территории Верхнечесноченского сельского Совета Воловского района.

ПАМЯТЬ ПРИЗЫВАЕТ ПОМНИТЬ

Самой младшей Любашке из семьи Рыбиных до войны всего-то восемь лет и было. Жили они в д. Красное Утро. Симпатичную девчушку с выразительными глазками и вздернутым носиком любили все без исключения. Но когда приезжал дядя Гаврил, для детей это был настоящий праздник. Он привозил гостинцы, а Любашку держал на коленях, говорил какие-то хорошие слова. О чем они были, не расскажет, Любочка теперь сама уже давно выросла и состарилась. Имеет детей, внуков и правнуков. Но особый запах военной формы, скрип портупеи помнит до сих пор.

В годы сталинских репрессий ее отца Алексея и мать Веру раскулачили. Холодной зимой посадили в нетопленые вагоны вместе с другими семьями и отправили в Сибирь. Лишь незадолго до войны удалось-таки вернуться в д. Красное утро Стегаловского сельсовета, где им был выделен небольшой угол, что называется, без окон и дверей. Но они надеялись сами дом построить.

Брат Алексея Гаврил семьей не обзавелся. Он был военным. И в плотном графике армейской службы так и не нашлось времени, чтобы устроить личную жизнь. Но Гаврил Петрович не унывал, летел к семье брата Алексея как на крыльях, где его ждала детвора. До сих пор сохранился расчетный листок, по которому видно, что из 650 рублей его офицерского жалованья только 150 он оставлял себе, а 500 рублей передавал семье брата.

ВОЙНА, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА, ПОДЛАЯ

Июнь 41 года. Он ворвался в советские дома страшными взрывами, тысячами похоронок, всенародным горем, страхом и хаосом. В одночасье дети повзрослели. А старики и женщины, проводив на поле брани мужей и сыновей, сжав волю в кулак, работали в тылу, помогая фронту.

Когда Алексею Рыбину вручили повестку, Вера не плакала. Ей казалось, что слезы застыли, а сердце превратилось в камень. Она просила мужа об одном: «Леша, постарайся вернуться, посмотри на детей. Ведь мал мала меньше. Как я выживу в этой убогой хатенке?» «Ну что ты, милая. Отобьем немца, я такие хоромы отстрою. Ох, и заживем тогда», — отвечал суженый. И женщина верила.

Но когда в 41-м пришла похо­ронка, впервые она не выдержала. Повалившись на лавку, сжимая в руках желтый листок, захлебывалась в бессильных рыданиях. В первые годы войны Алексей погиб.

Во время боя он подвозил на телеге, запряженной лошадьми, тяжелые снаряды к батарее. От очередного взрыва животные шарахнулись. Опрокинувшаяся повозка придавила бойца. Узнав о гибели брата, Гаврил как мог, успокаивал Веру, обещал не бро­сать семью ни при каких обстоятельствах. И когда линия фронта проходила неподалеку, он отпросился у командира части и с семью бойцами пришел в Красное Утро. В течение трех суток они отстроили дубовый сруб для будущей избы, только покрыть не успели и поеха­ли догонять свою воинскую часть под Ельцом.

Люба помнит до сих пор, как дядя в спешке попрощался с ними. Поднял и прижал к себе девчушку. «Я вернусь», — шепнул ей на ушко. И шагнул за порог новой пятистенки — навсегда.

«А ПРЕВРАТИЛИСЬВ БЕЛЫХ ЖУРАВЛЕЙ»

Родственники Гаврила Петровича Рыбина считали, что он погиб под Ельцом. Десятки лет безуспешных поисков. Его сестра, Лидия Петровна, прошла всю войну сначала санитаркой, затем медсестрой. Писала в военные архивы, искала его однополчан. Перед смертью попросила детей и племянников: «Умоляю, найдите брата, поклонитесь его праху от меня, от всех нас».

Внучка Евгения, дочка Любови Алексеевны, той самой Любочки, рассказывает:

— В течение долгих лет мы ис­кали дедушку. В последние два года очень активно. При жизни бабушка Вера не уставала повторять, что Гаврил Петрович погиб на родной липецкой земле. Мы вошли по Интернету в базу данных «Мемориал», что, в свою очередь, помогло нам выйти на внука корреспондента Абрама Ришина, который тоже во­евал в составе 498-го полка 132-й мотострелковой дивизии. Именно в этом полку командиром взвода был наш дедушка.

По электронной почте он пере­слал нам фрагмент книги «Земля Кшени», в которой подробно описаны бои в Воловском районе с 26 по 29 января 1943 года. Там рассказывалось о том, что «основная роль в освобождении Воловского района от гитлеровских захватчиков в 1943 г. принадлежит 132-й стрелковой дивизии 13-й армии Брянского фронта. В июне 1942 г. Брянский фронт у ст. Студеная, что между Мармыжами и Ливнами, изогнулся в сторону Дона и пе­ресек северную часть Воловского района. Междуречье Кшени-Олыма от д. Ломигоры до с. Борки обороняла 13-я армия. Позиции 132-й дивизии находились у д. Юрское. Дивизия состояла из 498-го, 605-го и 712-го стрелковых полков и была усилена 139-м минометным полком, 2-м и 3-м дивизионами 425-го артиллерийского полка, дивизионом «Катюш», батареей отдельного истребительного противотанкового батальона и тремя танками». Каждый метр воловской земли был полит кровью.

В 498-м полку служил и Г. П. Рыбин. И у нас не осталось со­мнений в том, что дедушка по­гиб именно здесь. Но ведь мы располагали данными, что он похоронен в Курской области, в селе Мармыжи. Однако запрос в архив г. Кшени ничего не дал. Г. П. Рыбин в списках погибших не значился. Мы снова зашли в ту­пик. И вдруг телефонный звонок из Верхнечесноченской школы Воловского района. Учитель истории и обществознания, командир 5-го поискового отряда Липецкой общественной организации «Экспедиционный клуб «Неунываки» Александр Петрович Иванин сообщил, что у них в деревне найдена фляжка нашего родственника и останки его и еще нескольких воинов, погибших при освобождении населенного пункта.

ПО ЗОВУ ДУШИ, ПО ВЕЛЕНИЮ СЕРДЦА

Сделаем небольшое отступление, уточнив, что Евгения Саввина — сотрудник газеты «Сельские зори». Поэтому вместе с ней и ее родственниками по приглашению чесноченцев 26 января мы побывали на митинге в с. В-Чесночное Воловского района. Он был посвящен открытию мемориальной доски с именами погибших воине 132-й стрелковой дивизии 13-армии Брянского фронта.

Признаться, такой патриотизм в истинном его понимании нынче встретишь не часто. Несмотря н морозную погоду, у братской могилы собрались и стар, и млад. Чесноченцы принимали Красное знамя Победы, которое передавалось эстафетно от одного населенного пункта к другому, где шли 6oi Комиссар 5-го поискового отряда Александр Иванин вел митинг Выступили руководители район; представители местной власти Евгения Саввина. Скорбны и печальны лица всех, кто собрался у последнего приюта героя. Ребятишки застывшими пальчиками сжимали гвоздики. Дл них это не просто мероприятие а великий праздник со слезам на глазах, о котором им рассказывают дедушки, бабушки, педагоги. Они твердо усвоили урок мужества, героизма, стойкости защитников, сложивших голов ради мира на земле, в том числе во многом благодаря директору школы, Заслуженному учителю РФ Ольги Сомовой. Три десятка лет руководит она образовательным учреждением.

— Раньше деревня наша называлась Куликовка, — рассказала она во время беседы. — Я очень часто смотрю на это поле перед школой. Все оно в 43-м было покрыто телами солдат. У местных жителей не было возможности похоронить всех по-христиански. Наших бойцов собирали в одно место — старый кирпичный завод (камни его вы видели в музейной экспозиции), вражеских — в другое, чтобы землей хотя бы присыпать. Столько лет прошло, но дрожь от пережитого нашим народом не унимается.

Мы не стали уточнять, поче­му Куликовку переименовали в Верхнее Чесночное. Но довоенное название напоминает о поле Куликовом. У чесноченцев оно свое, это поле, на котором сотни солдат нашли последнее пристанище.

В Чесночном бои продолжа­лись с 26 января. Немцы боялись выйти из села, так как их ждал в открытом поле (д. Куликовка) дивизион «Катюш». На севере населенного пункта стоял дивизион артиллерии. 29 января село несколько раз переходило из рук в руки. Остатки 82-й немецкой пехотной дивизии окончательно были уничтожены 30 января 1943 года.

Александр Иванин провел нас в кабинет истории. Экспозиция у задней стены рассказывает о той большой работе, которую он делает вместе с учащимися по зову сердца. Поисковой деятельностью начал заниматься еще его отец Петр Егорович Иванин в 1954 году, 25 лет отработавший директором этой школы. Немало было восстановлено имен погибших. Непростую миссию передал он своему сыну Александру и внуку Александру, а теперь еще и правнуку Егору, который не отстает от взрослых.

2 января текущего года, когда вся страна отдыхала, Александр Петрович поехал в Подольский военный архив, чтобы внести данные по фамилиям бойцов, установленным в результате последующих раскопок.

Благодаря его усилиям, прошли очередное захоронение, а на мемориальной доске, открытой на митинге, мы увидели список из 21 фамилии, в числе которых был и наш земляк Г. П. Рыбин.

Минута молчания. Метроном отсчитывает секунды. А солнечные лучи рассыпались по серебристым надписям и по фигуре воина на холодном постаменте. Вдруг подумалось, что в этих бли­ках ожили души погибших.

Вероятно, есть в том провидение, что ненастные январские краски сменились ярким светом, и теперь воины упокоились с миром.

Те родственники, которые не смогли поучаствовать в митинге, еще это сделают. Сегодня повезло командиру взвода Рыбину. Его малышка Любочка, племянники и внуки нашли своего дорогого дядю. Любовь Алексеевна, став на колени, низко склонила голову к обледенелой земле, что-то шепотом говорила дорогому человеку. Она нашла дядю, который в детстве был для нее вторым отцом. Бегут слезы по морщинистым щекам, их не унять. Велика боль по навсегда ушедшим.

УРОК ПАМЯТИ

В Верхнечесноченской школе уроки памяти, наверное, стали традиционными. Но для нас, побывавших и на одном из них 26 января, было все необычно. И то, с каким чувством дети возвращали присутствующих к суровым событиям Великой Отечественной, и то, как имена более 600 человек, погибших, защищая родную землю, несколько раз появлялись на экране мультимедиа, как члены поискового отряда и его командир Александр Иванин произносили клятву верности служения высокому делу возвращения имен погибших, святой памяти.

Необычен был эпизод, когда дважды была проведена перекличка 21 бойца, имена их нанесены на вновь открытой мемориальной доске. А среди них офицеры: Г. П. Рыбин, К. П. Сунгурьян, сын которого Виктор живет в Америке и не смог приехать на митинг, но прислал письмо по электронной почте А. П. Иванину со словами огромной благодарности. И грызловца И. М. Меркулова, у которого родственников не нашлось, но, может быть, еще и отзовутся. Необычным было и отношение к нам, гостям, которых здесь встречают с особым уважением и почитанием.

* * *

Лиза Сафронова, девятиклассница Верхнечесноченской школы, рассказала, что они вместе с одноклассником Алексеем Бачуриным нашли останки воинов на огороде его родителей во время весенней вспашки. А уже потом Александр Петрович с ребятами провел раскопки. Листочек в гильзе с инициалами воина Рыбина истлел от времени и сразу рассыпался. А вот фляжка, на которой выбита надпись «Рыбин Г. П.», сохранилась хорошо. Ее-то поисковик и передал Любови Алексеевне Рыбиной на прощание. И пока мы ехали обратно, всю дорогу пожилая женщина прижимала к груди дорогую находку. Теперь она знает все о человеке, которого всю жизнь искала, благодаря таким неравнодушным людям, как Александр Петрович, его сын Александр Александрович, учащиеся и директор В-Чесноченской школы Ольга Павловна Сомова. «Пусть хранит Господь их и их семьи», — повторяла она. — А героям войны — светлая память».

Нина СЕРГЕЕВА.

Фото автора.

Александр Иванин рассказал, что инициалы «Рыбин Г. П.» на фляжке просматриваются достаточно четко.

_________________________________________________________________________________

В БОЙ ПОШЛИ НЕ РАДИ СЛАВЫ

С каждым годим все дальше вглубь истории уходят события Великой Отечественной войны. Но для тех, кто воевал, кто полной чашей испил и горечь отступлении, и радость великих сражении, никогда не изгладятся эти воспоминания, они навсегда останутся живыми и близкими сердцу. Вечная память погибшим и не дожившим ветеранам! И вечная слава тем, по выжил и живет теперь рядом с нами!

ТЯЖЕЛАЯ солдатская доля… Не обошла она стороной и семью, где жил С. П. Майков.

В многодетной крестьянской семье в деревне Грибоедово Долгоруковского района родился мальчик и назвали его Сергеем. Он рос жизнерадостным и смышленым. Окончив 4 класс местной школы, с 13 лет пошел работать в колхоз. Приходилось помогать взрослым пахать, сеять, зерно молотить, а также участвовать в строительстве

жилья, освоил профессию каменщика. Нелегко было, старался изо всех сил, потому что понимал — должен помочь семье.

В 1936 году родители проводили сына в армию. Отслужив, вернулся домой. Уехал работать в Москву.

А в 1941 году Сергея Павловича забрали на военные сборы, которые проходили на станции Кубинка. Началась Великая Отечественная война.

Земляка отправили в Смоленск. Там его назначили командиром орудия. Перебросили в лес, на путь передвижения противника. Солдаты в темноте копали окопы, устанавливали орудия — занимали оборону, чтобы остановить фашистов, а они были уже недалеко. Для многих такая подготовка оказалась первой и последней, у всех было неспокойно на душе. Думали о рассвете: что он принесет с собой? Работали быстро и слаженно, помогая друг другу. Понимали, что времени остается очень мало. Лишь только рассвело, с оглушительным ревом по полю поползли немецкие танки, сметая все на пути. Но враг, обнаружив оборонное укрепление, замедлил свой ход. Началась бомбежка и обстрел только что возведенных укреплений. Это длилось всего несколько минут, но они показались вечностью. Страшно и больно было смотреть на то, во что превратилась, казалось бы, безупречная оборона. Вокруг лежали, распластавшись, тела солдат, тех, кто совсем недавно разговаривал о родных и близких. У оставшихся в живых разгоралась ненависть к врагам. Огромным единым желанием было одно — остановить или хотя бы задержать врага, не дать ему продвинуться вперед. И наши войска сделали это ценою жизни. Воины, многие еще мальчишки, остановили натиск немцев. В этом бою Сергея Павловича ранили в ногу, потом отправили в ближайший госпиталь, где удалили осколок. Но вскоре нога начала распухать. Выяснилось, что есть еще один, который нужно удалить. Немного подлечившись, он опять отправился в свою часть под Смоленск.

На этом его боевой путь не закончился. Вместе со своими сослуживцами Машков гнал немцев на запад, освобождая родную землю. Вспоминает Сергей Павлович и еще один бой на реке Одер. Советские части подошли к реке и обнаружили, что на противоположном берегу враги заняли оборону. Как только наши танки хотели перебраться через мост, немцы открыли шквальный огонь.

— Мы отступили, заняли оборонительные позиции, — рассказывает ветеран. — Был отдан приказ: под прикрытием артиллерийского огня переправиться на другой берег и разбит части противника.

И началась подготовка к переправе. Артиллеристы закрепи ли пушки для перекрытия, солдаты строили плоты для орудия и людей. Окопавшись, открыл огонь по врагу, под этим прикрытием начали ремонт разрушенного моста для переправы танков и машин. Вот и переправа. Немцы изо всех сил останавливали наши части. Но ничего не выходило. Так как солдаты постарались занять большую площадь для переправы, чем задали нелегкую задачу противнику.

— Страшно было смотреть на смерть вокруг, но мы понимали, что нужно во что бы то ни стало переправиться на тот берег и расправиться с врагом. И мы преодолели реку, громили и гнали немцев.

В ходе этой операции в одном из боев Машков получил осколочное ранение, но теперь уже в руку. Пришлось на время прервать свой боевой путь и лечиться в госпитале. После он возвратился в свою часть и продолжал гнать немцев до победного конца.

Когда закончилась война, Сергей Павлович вернулся домой в Грибоедово. Вместе со своими односельчанами восстанавливал разрушенное, строил дома, производственные помещения.

В 1965 году переехал в деревню Екатериновка. Своими силами строил дом. Оформился на работу в совхоз. Был хорошим плотником, каменщиком. Старался сделать все, чтобы родная земля стала лучше и краше, чем была до войны.

Т. САЛИХОВА, заведующая Екатериновской сельской библиотекой.

_________________________________________________________________________________

Судьбы людские

ПРАЗДНИК С ДОЛЕЙ ГОРЧИНКИ

Старейший учитель района, ветеран педагогического труда,

Отличник народного просвещения встречает свое 96-летие в хатенке, держащейся на подпорках.

В конце нашей беседы со стегаловской учительницей услышали от нее напутственные слова: «Вы статью обо мне обязательно начните так: «Старейший учитель района, ветеран педагогического труда. Отличник народного просвещения». Поэтому с уваже­нием к замечательному человеку и гордостью за то, что в районе пока живут и здравствуют такие люди, выполняем наказ. Хотя разговор пойдет не только о педагогических заслугах Ольги Тихоновны Измалковой.

Несколько раз к нам, в редакцию, обращались жители с. Стега-ловка с просьбой написать об этом человеке, мотивируя тем, что женщина не только кладезь исторических событий, связанных со стегаловской землей, но и свидетель Великой Отечественной войны.

Ольга Тихоновна Измалкова родилась 28 июля 1916 года в с. Стегаловкав обычной крестьянской семье. Отец с матерью воспитывали 11 детей, она — третья по старшинству.

Все они, как и положено, трудились на земле, но Ольга выбрала для себя иной путь, поступив в педагогический техникум г. Ельца. Начала учительствовать сразу по окончании учебного заведения в 1937 году, попав по распределению в с. Тростное Становлянского района.

Симпатичная, интеллигент­ная девушка сразу понравилась местному красавцу-парню Ивану Лаврищеву. Не за горами свадьба, а тут прибыла повестка из военкомата — отдать сыновий долг Отчизне. С 1938 по 1941 год служил Иван в армии. Там и застала его страшная весть о нападении фашистских войск на СССР. Первым же набором парня отправили командовать механизированными частями. А Ольга, узнав, что началась война, перебралась в родительский дом в с. Стегаловка. Главы семейства к тому моменту не было в живых, он скончался за год до печальных событий, поэтому они с малышом у матери были двенадцатые.

Военный быт был тяжел, но выручала профессия: имела хо­рошую зарплату, а паек — буханку хлеба, полагающуюся в голодные годы учителям, — делила по крохотному кусочку на всех членов семьи. По воспоминаниям Ольги Тихоновны, в самые «жаркие» месяцы войны наркомат закрывал школы в Стегаловке, чтобы ученики и учителя осуществляли посильную помощь на хлебных полях, растили табак и помогали в другой работе на благо Родины и во имя светлого будущего.

В общем, Ольга Тихоновна продолжала учительствовать и молила Бога, чтобы любимый вернулся домой живым. К этому времени она подарила ему сына Эдуарда, но воспитывала мальчика без отцовской любви и ласки. Трагедия в ее семье еще состояла в том, что Иван так и не увидел родную кровинку. Хотя в каждой солдатской весточке

сгорал от желания подержать на руках родное дитя и тихо произнести: «Сыночек!» В последнем письме, датированном январем 1943 года, он вновь упоминал об этом, писал Ольге, что, возможно, скоро приедет навестить ее и ребенка, радовался предстоящей встрече. А еще добавил, что теперь их часть стала именоваться Гвардейской, соответственно, оплата увеличилась. Выслал им 2000 рублей.

Молодая учительница терпеливо ждала любимого, но вместо его письма с размашистым почерком получила листок с сухими словами: «Гражданке Измалковой Ольге Тихоновне извещение. Ваш муж, капитан 162 Г. с. П. Лавришев Иван Александрович, уроженец Орловской области Становлянского района с. Тростное, находясь на фронте, был ранен в грудную клетку и умер от ран 13 октября 1943 года. Похоронен на кладбище Рудник Дзержинского района Вороишловоградской области. Основание: извещение ЭГ 167. Становлянский райвоенком майор Савосин». Вот и все… Болью в сердце женщины отозвались в один миг надежды и мечты, дорогие сердцу воспоминания.

Многим ученикам Ольга Тихоновна Измалкова дала знания и доброту за 40 лет педагогического стажа в начальной школе с. Сте-галовка, воспитала сына. Он, в свое время окончивший Воронежский политехнический институт, проработал всю жизнь на заводе «Эльта» г. Ельца. Выйдя на пенсию, с возвратной теплотой и нежностью ухаживал за родительницей, переживал за ее здоровье, но несколько лет назад скончался. Остались у Ольги Тихоновны две внучки — Света и Оля. Последняя, имея возможность, чаще навещает бабушку, помогает ей и все время зовет к себе в город. Но Ольга Тихоновна, гордая и самостоятельная женщина, привыкшая справляться с трудностями, без страха смотревшая им в лицо, свой ветхий домик покидать не спешит. Все ей здесь любо и дорого. Внучка Оля пыталась улучшить условия проживания бабушки по ветеранской программе: собирала документы, приглашала эксперта для осмотра жилья, но тот факт, что у Ольги Тихоновны отсутствует свидетельство о регистрации брака с Иваном Александровичем Лаврищевым, действующим военным офицером, перечер­кнули все усилия на «нет». И вот 96-летний педагог, имея множество заслуг и похвал, вынуждена ютиться в полуразрушенной избушке, в которой проржавела до дыр крыша, потолок и матицы держатся благодаря подпоркам, часть из которых, кстати, ставила сама учительница, а по стареньким стенкам мазанки ползут внушительные трещины. Еще 10 лет назад ОльгаТихонов-на справлялась с неполадками сама, находила силы крышу ремонтировать, а теперь, по ее признанию, даже есть готовит редко. Выручают соседки — Оксана и Наталья. Добрые женщины по ее просьбе ходят за продуктами в магазин, убирают в хатенке, да и вообще приглядывают зауважаемым человеком.

О такой ли старости мечтала интеллигентная учительница? Другим вдовам ветеранов Великой Отечественной оказывают посильную помощь соответствующие службы, а она официально таковой не является… Видно, письма мужа здесь не подспорье.

Анастасия САВВИНА.

Фото автора.

Иван Лаврищев. муж нашей героини, скончался в 1943 году от ран (фото военных лет).

_________________________________________________________________________________

Солдаты Победы

В ПАМЯТИ ЖИВУТ ЗВУКИ «МОРЗЯНКИ»

У бывшего радиста Гладышева много наград, среди которых дорогой его сердцу именной серебряный портсигар.

На небольшой сельской улице Беклемищево фронтовика Михаила Дмитриевича Гладышева все знают. Да что там на улице, в целом селе Стегаловка! Сорок лет бывший передовой комбайнер и механизатор прославлял малую родину добросовестным трудом.

Вышел на пенсию, и болезни начали одолевать. Перенес инсульт. А едва оправился, решился написан, властям письмо. Жилье, в котором он проживает со своей супругой в данное время, нуждается в капитальном ремонте. И сил, чтобы его подправить, нет. На письменном поле лежит листок, исписанный мелким, слегка неровным почерком. Понимаем,, волновался, адресуя строки властям.

«МНЕ 86 лет, — читаем в письме, — я участник и инвалид Великой Отечественной войны…» Переводим взгляд на старого солдата. На глазах у него слезы. Рядом с кроватью, на ковре, висит подушечка с орденами и медалями: «За победу над Германией в Великой Отечественной войне», «За взятие Будапешта», «За взятие Вены» и другими. Это самое дорогое, что осталось у защитника Родины. Глядя на них, он вспоминает свой нелегкий боевой путь.

В апреле 1943 года был призван в 133-й запасной стрелковый полк, где его обучили стрелять из миномета. Боевое крещение получил на станции Сурок, где было сосредоточено много войск и которую разбомбили немецкие самолеты. Войска готовились к битве на Курской дуге. Но в действующую фронтовую часть Михаил Дмитриевич не попал, ему нашли другую военную специальность. Он имел хороший слух, чувствительные пальцы, играл на балалайке. Поэтому был направлен на курсы радистов в Москву, в дивизион спецвойск НКВД.

Готовили радистов с августа 1943 года по апрель 1945 года. Ему присвоили звание сержанта и направили в часть 01095 старшим радиотелеграфистом. Врага били уже на его территории. Команда радиотелеграфистов в составе нескольких автомашин с аппаратурой, где служил Михаил Дмитриевич, обеспечивала бесперебойную и качественную связь всего фронта, давая возможность командирам армии и дивизий координировать бои. Герой прошел с освободительными боями по территории Польши, Румынии, Венгрии, Австрии.

День Победы встретил в Вене. Отдыхать много не дали, предоставили краткосрочный отпуск домой и — назад, в свою родную часть, затем в военную часть 61608, где нужны были его знания. Так и прослужил он радистом, слушая голоса бывших врагов, до 20 марта 1951 года. 8′ лет отдал служению Родине. Среди всех наград есть особенно дорогая — именной серебряный портсигар: «За первенство по приему информации на слух в соревнованиях радистов» в 1948 году в городе Вена, где занял 2 место.

В разговор вступает супруга Людмила Яковлевна:

— Миша никогда хорошего не видел. Вырос в большой крестьянской семье. Незадолго до войны семилетку окончил. А тут скоропостижно отец скончался. Все заботы о семье перешли к нему, как самому старшему. Несмотря на трудности, мать отправила его в г. Елец учиться на столяра. Когда грянула война, домой вернулся. Рассказывал нам, как с другими подростками перегоняли скот под Москву в г. Ряжск. По возвращении его мобилизовали на фронт…

Людмила Яковлевна замолчала, тяжело вздохнув. Эти два пожилых человека все знают друг про друга. И не раз рассказывали о трудной судьбе детям, внукам, поисковикам из местной школы, журналистам.

Вновь переводим глаза на тетрадный листок. «Живу в своем ветхом доме, в котором есть газ и вода, — читаем далее. — Требует замены крыша, штукатурка стены изнутри и снаружи. А дочь в Липецке живет с семьей в тесной квартирке и не может нас взять к себе. Я перенес левосторонний инсульт, болею глаукомой. Жена — труженица тыла, имеет инвалидность. Словом, мы нуждаемся в постоянном уходе. А от госу­дарства пострадали много раз. Жена из семьи репрессированных, в 7 лет сиротой осталась. А в 1993 году дефолт унес все деньги, собранные на покупку жилья. Хотели тогда в Липецк к дочке переехать. Где справедливость?»

С этим вопросом обратились мы к главе сельсовета Нине Трепалиной. Она пояснила, что все документы на реше­ние жилищной проблемы уважаемого человека собраны и переданы в отдел соцзащиты населения администрации района.

Будем надеяться, что мечты Михаила Дмитриевича сбудутся. Желаем супругам Гладышевым здоровья, бодрости духа, любви своих близких.

Нина СЕРГЕЕВА.

Михаил Гладышев в 1946 году.

Фото из семейного архива.

_________________________________________________________________________________